-- Все знаетъ. Онъ даже тебя видѣлъ -- въ Булонскомъ лѣсу. Онъ знаетъ, что ты ангелъ.
-- Перестань!-- съ повелительнымъ жестомъ воскликнула Сесиль.-- Онъ также знаетъ, что я богата. Я все прекрасно понимаю. Если ты меня любишь, отецъ, ты меня избавишь отъ этого униженія. Эта судьба -- не для меня. Богъ мнѣ этимъ сказалъ,-- она граціознымъ жестомъ коснулась своихъ глазъ,-- что я не принадлежу себѣ. Можетъ быть... еслибъ...-- на лицѣ ея отразилось раздумье.
-- Чтожъ, милая, еслибъ?..
-- Нѣтъ, объ этомъ и думать нечего.
-- Будь по твоему, Сесиль. Однако мнѣ пора ѣхать; въ тринадцать часовъ у меня назначено свиданіе.
Онъ видѣлъ, что настаивать безполезно, но еслибы Сесиль подала ему нѣкоторую надежду.
VI.
Въ то самое время, какъ у Динандье съ дочерью происходилъ этотъ серьезный разговоръ, въ аппартаменты барона Плума ворвался его пріятель князь Балтазаръ и, не выпуская изъ рукъ шляпы и палки, принялся вальсировать, восклицая:
-- Поздравь меня, любезный Александръ; знаешь, что случилось?
-- Конечно, ты сошелъ съ ума. Я всегда этого ожидалъ.