-- Ахъ, если вы начнете такъ мнѣ льстить, я начну сомнѣваться въ дѣйствительности вашей дружбы.
-- Это не лесть, но вы тѣмъ не менѣе правы, дорогая. Признаться ли вамъ? прежде чѣмъ я васъ видѣла, я приняла на себя очень серьёзную отвѣтственность. Узнавъ случайно, черезъ короткаго пріятеля князя, что вамъ, молодой и неопытной, будетъ сдѣлано предложеніе отъ его имени, я приняла нѣкоторыя мѣры, чтобъ помѣшать этому, пока я не увижу васъ, не узнаю вашихъ взглядовъ, не предложу вамъ -- еслибъ вамъ угодно было принять ее -- моей помощи, не отдамъ себя, въ качествѣ женщины опытной въ подобныхъ дѣлахъ, а между тѣмъ глубоко сочувствующей всѣмъ вашимъ чистымъ и святымъ стремленіямъ, въ ваше полное распоряженіе. Вотъ разгадка моего посѣщенія.
Сесиль опустилась на колѣни и, обвивъ руками стройную талью маркизы, положила голову ей на грудь.
-- Желала бы я,-- сказала она,-- чтобъ вы были моей матерью. Изъ боковой двери вошла дама и остановилась, пораженная этой сценой. Маркиза подняла голову.
-- Гортензія!
-- Маргарита!
Онѣ бросились въ объятія другъ друга и горячо цѣловалась.
-- Боже мой, что привело тебя сюда?
-- Господи, да ты откуда взялась? я такъ давно тебя ищу.
Гортензія опомнилась первая.