-- Никогда, прибавила Маріанна.
Стряпчій покачалъ головой.
-- Не торопитесь, сказалъ онъ спокойно.-- Если вы, докторъ Джобсонъ, не явитесь кандидатомъ, то, право, я не знаю, въ какой степени успѣшно мы будемъ продолжать нашу борьбу. Спригсъ -- агентъ монреальскаго банка. Онъ можетъ получить сколько угодно денегъ подъ свои закладныя, и я убѣжденъ, что онъ насъ побѣдитъ. Если же вы поставите свою кандидатуру, то дѣло тотчасъ приметъ совершенно иной оборотъ. Онъ будетъ принужденъ отказаться отъ всѣхъ взысканій по закладнымъ фермеровъ, чтобъ обезпечить себѣ ихъ голоса. Если вы и не одержите побѣды, то получите голосовъ немногимъ менѣе его и заставите его издержать кучу денегъ. Это будетъ самая дорогая избирательная компанія, когда-либо происходившая въ Корнвалѣ, прибавилъ съ улыбкой Латушъ:-- и мы ихъ порядочно помучаемъ, сэръ.
Лицо доктора Джобсона очень вытянулось. Онъ понялъ всю мефистофельскую ловкость плана стряпчаго и взглянулъ на жену, ища поддержки. Но она выразила необыкновенный интересъ къ этому плану, соблазнявшему ее своей смѣлостью и остроуміемъ. Что же касается до самого доктора, то чѣмъ болѣе онъ думалъ о немъ, тѣмъ большія причины находилъ для принесенія себя въ жертву на пользу страны и, быть можетъ, своихъ дѣтей. Но онъ былъ слишкомъ остороженъ, чтобъ сразу согласиться и потому попросилъ времени для окончательнаго отвѣта.
Хитрый Латушъ видѣлъ, что онъ одержалъ побѣду. Онъ прямо отправился къ судьѣ и обезпечилъ его содѣйствіе. Потомъ онъ открылъ свой планъ пастору Траутбеку и получилъ его полное одобреніе. Наконецъ, онъ послалъ за Мортономъ, который имѣлъ большое вліяніе на окрестныхъ фермахъ и имѣлъ съ нимъ продолжительное совѣщаніе. Всѣ эти именитые граждане рѣшили, что какъ только кандидатура Спригса будетъ публично заявлена, то къ доктору отправится депутація самыхъ почтенныхъ обитателей Корнваля и предложитъ ему кандидатуру.
Но откуда Латушъ получилъ свѣдѣнія о таинственныхъ проискахъ враждебной партіи?
Наканунѣ, по окончаніи занятій въ школѣ, Дэвидъ Роджеръ, возвращавшійся къ своимъ прежнимъ здоровымъ привычкамъ, отправился гулять. Его путь лежалъ по берегу рѣки. Въ недальнемъ разстояніи отъ школы оканчивались послѣднія жилища. Налѣво простиралась равнина, усѣянная обширными полями, огороженными деревянными или живыми изгородями. Жниво, оставшееся послѣ жатвы, начинало покрываться клеверомъ. Тамъ и сямъ глазъ останавливался на желтовато-зеленой листвѣ свеклы. Кое-гдѣ раскинутыя группы деревьевъ или два или три овина разнообразили эту монотонную картину. Тамъ и сямъ виднѣлись еще пни деревьевъ, погибшихъ отъ непогоды или отъ огня, что напоминало фермерамъ, какъ тяжело имъ досталась первая побѣда надъ природою. Но, пройдя мимо новыхъ шлюзовъ и шалашей работниковъ, при началѣ канала, Роджеръ спустился немного по дорогѣ, извивавшейся вдоль рѣки св. Лаврентія; вдругъ панорама измѣнилась. Направо отъ него быстро бѣжала широкая рѣка, громадная движущаяся водяная равнина, среди которой виднѣлись многочисленные островки и блестящіе на солнцѣ пѣнящіеся водовороты надъ скрытыми въ глубинѣ подводными каменьями. Дэви Роджеръ любилъ смотрѣть на это величественное зрѣлище. Насколько могли простираться его взоры, могучая рѣка катила свои безконечно движущіяся и шумящія воды къ конечному убѣжищу -- океану. Вдоль берега свободно раскинувшіеся кусты и свѣсившія свои длинныя вѣтви деревья смотрѣлись въ зеркальную поверхность тѣнистыхъ заводей, гдѣ любили отдыхать отъ борьбы съ быстрымъ теченіемъ красноперые окуни и возвышался граціозный тростникъ, изъ котораго, повременамъ, поднимались стаи дикихъ утокъ. Надъ всей этой картиной ярко блестѣло заходящее солнце среди безоблачнаго голубаго неба. Вечеръ былъ теплый, но Роджеръ былъ легко одѣтъ въ полотняномъ сьютѣ, съ разстегнутымъ воротникомъ рубашки и обнаженной шеей. Глаза его жадно упивались чуднымъ зрѣлищемъ благородной рѣки съ ея лѣсистыми, утесистыми берегами и зелеными островами. Онъ долго странствовалъ и когда повернулъ домой, то уменьшилъ скорость своихъ шаговъ, грустно вспоминая о событіяхъ, которыя воскрешали въ его головѣ эти мѣстности. Душа его была теперь пуста и жизнь казалась мрачной, безплодной степью, безъ оазиса любви и надежды. Но онъ былъ человѣкъ и мужественно смотрѣлъ на открывавшуюся передъ нимъ жизнь долга и труда.
Погруженный въ подобныя мысли, онъ вдругъ увидалъ въ маленькой рощицѣ, мимо которой шелъ, женскую фигуру, повидимому, дожидавшуюся его. Онъ узналъ ее съ перваго взгляда. Это была миссъ Флетчеръ. Она неожиданно вышла изъ-за дерева, находившагося въ нѣсколькихъ шагахъ отъ дороги и махнула рукой, чтобъ онъ остановился. Потомъ, тревожно осмотрѣвшись но сторонамъ, она крикнула:
-- Подите сюда, мистеръ Роджеръ, мнѣ надо съ вами поговорить.
Эта встрѣча не очень пріятно подѣйствовала на учителя. Онъ чувствовалъ живую благодарность къ своей любезной сидѣлкѣ, но не могъ забыть, въ какомъ странномъ видѣ исчезъ изъ дома Флетчера; къ тому же, онъ былъ вообще очень застѣнчивъ и боялся женщинъ, считая ихъ капризными и опасными. Теперь эта молодая дѣвушка хотѣла, повидимому, заманить его въ лѣсъ подалѣе отъ человѣческихъ глазъ и онъ съ минуту колебался.