Но это правило идет еще гораздо дальше и возбраняет доверительному собственнику удерживать в свою пользу какие-либо излишки, остающиеся после выполнения им своих обязанностей, или косвенные выгоды, возникающие для него из его положения доверительного собственника, хотя бы даже не за счет бенефициантов. Так, всякий излишек после окончательного выполнения фидуциарных функций остается в качестве доверительной собственности в интересах ее учредителя или управляющих его наследством, а за их смертью в пользу короны, хотя бы в учредительном акте не содержалось соответствующей оговорки. Такая доверительная собственность является «подразумеваемой» доверительной собственностью. Если истек срок аренды, которая составляет часть фидуциарного имущества, и доверительный собственник возобновляет ее в своих собственных интересах, то (даже если бы арендодатель прямо отказывался возобновить ее в пользу доверительной собственности), считается, что доверительный собственник все же «держит эту аренду» в интересах бенефициантов. Это пример «конструктивной» доверительной собственности.
Затем доверительный собственник не может заключать со своим коллегой по управлению доверительной собственностью сделки продажи какой-либо части этой собственности. Такая сделка была бы лишена всякой силы. Даже если по прекращению доверительной собственности бывший доверительный собственник заключает со своим бывшим бенефициантом торговую сделку на то, что было некогда доверительной собственностью, суды относятся к ней также подозрительно. Бывший доверительный собственник не может отстаивать своих прав по такой сделке, если только он не в состоянии убедить суд, что он действовал совершенно добросовестно и не использовал свою специальную информацию или свое влияние над своим прежним бенефициантом.
Охрана интересов по доверительной собственности
Из всех добровольных (безвозмездных) обязательств наиболее строго английский закон охраняет обязательства, возникающие из управления доверительной собственностью. Доверительный собственник, фактически превращающий доверительную собственность в свою, не только подвергается уголовному преследованию, как пояснялось выше, но гражданское взыскание за нарушение обязательств доверительного собственника (breach of trust) более строго, чем за обыкновенные долги. Например, хотя тюремное заключение за обыкновенные долги отменено более полстолетия тому назад, суд может выдать приказ об аресте и заключении в тюрьму доверительного собственника, нарушившего свои обязательства (breach of trust) и нанесшего бенефициантам ущерб в деньгах, которыми он фактически владел или распоряжался. Затем, требование к доверительному собственнику, основанное на обманном нарушении им своих обязательств, не погашается, как обыкновенные долги, с окончанием конкурса.
Кроме того, хотя доверительный собственник может теперь, как правило, ссылаться на исковую давность по поводу требования к нему, он не может сделать это, если такое требование возникло из его обманных действий или обманного нарушения им своих обязательств (breach of trust) или если оно преследует цель возвращения доверительной собственности или доходов от нее, удерживаемых доверительным собственником, или даже ранее обращенных им в свою пользу. Все это, конечно, служит дополнением к тому, что судебный приказ доверительному собственнику лично внести в капитал доверительной собственности все убытки, вызванные нарушением им своих обязательств, может быть выполнен, как обыкновенное судебное решение, путем наложения ареста на его собственность. Наконец, надо помнить, что доверительный собственник отвечает не только за свои собственные действия, но и за действия тех своих коллег по управлениею доверительной собственностью, которые нарушили свои обязательства благодаря его небрежности; впрочем, в некоторых случаях он может взыскивать с них. возмещение.
Можно ли удивляться при таких условиях тому, что часто трудно бывает заставить осторожных, сознающих свою ответственность лиц принять на себя неблагодарную, бездоходную и рискованную обязанность доверительного собственника? Или что учреждение ведомства публичных доверительных собственников и других корпораций доверительной, собственности широко приветствовалось? Бремя доверительных собственников было, однако, несколько облегчено статьей Акта о судебных доверительных собственниках 1896 г., которая дает право суду в случаях, когда доверительный собственник формально повинен в нарушении своих обязательств, снимать с него личную ответственность за это, если он действовал разумно и честно. Теоретически, конечно, если доверительный собственник действовал «разумно и честно», он вообще не повинен в нарушении своих обязательств. Но эта статья явно предназначалась для смягчения в надлежащих случаях жесткого толкования слова «разумный» на основе прецедентов.
С другой стороны, удовлетворение бенефицианта в случае breach of trust не ограничивается взысканием лично против доверительных собственников. Он может в частности, как указывалось выше, «преследовать доверительную собственность» или доходы от нее при переходе ее в разные руки пока можно установить ее тождественность. Существуют сложные, очень формальные правила определения очередности конкурирующих требований в отношении таких капиталов, но они не могут быть здесь изложены. Задача «преследования доверительной собственности» заключается, конечно, в том, чтобы закрепить ее в исключительную пользу бенефициантов против кредиторов доверительного собственника. Это одна из наиболее важных привилегий доверительной собственности, строго устанавливающая ее характер собственности, а не просто обязательственного права требования к доверительному собственнику.
С другой стороны, надо напомнить еще раз, что на требования такого рода, основанные только на праве справедливости, распространяется общий принцип, согласно которому такое требование не] может быть заявлено против собственника по общему праву, который честно приобрел свою собственность за встречное удовлетворение с соблюдением надлежащей осторожности.
В заключение следует сказать несколько слов о недоразумении, широко распространенном не только среди людей непосвященных, но даже и среди юристов, по вопросу о различии между доверительным собственником и управляющим наследством по завещанию или закону.
Несомненно, что между этими двумя функциями имеется больше сходства, чем различия. Обе носят безвозмездный характер, требуют большой осмотрительности и строгой точности в действиях.