— Ну, конечно нет, — сказал капитан Стубс.
— Что вы хотите сказать этим "конечно нет"? — с негодованием спросил хозяин шхуны.
— Ваша сдача, — сказал Стубс, подвигая к нему карты.
— Вы не ответили на мой вопрос, — настаивал капитан Томсет, глядя на него враждебно.
— Бывают вопросы, — медленно проговорил капитан Стубс, — которые лучше оставлять без ответа. Если когда-нибудь вы познакомитесь с судами, приятель, так близко, как познакомился с ними я, то узнаете, что первый принцип английского законодательства тот, что никто не обязан сам себя выдавать.
— Так вы намерены сказать, что думаете, будто я о себе говорю? — закричал капитан Томсет.
— Ничего я не намерен сказать, — сказал капитан Стубс, кладя обе свои большие, жилистые руки на стол, — но когда человек приходит ко мне в каюту и начинает обхаживать вокруг да около, а потом спрашивает у меня мое мнение о двоеженстве, не могу я не подумать кое-чего. Мы живем в свободной стране и думать никакой закон не запрещает. Ну, полно, капитан, сознайтесь во всем откровенно, и я сделаю для вас все, что могу.
— Вы — форменный идиот! — яростно проговорил капитан Томсет.
Капитап Стубс кротко покачал головой и улыбнулся с видом бесконечного терпения.
— Может быть, — сказал он скромно, — может быть! но все же есть одна вещь, на которую я способен, а именно, я могу читать в душе у каждого человека.