II.
Дѣти Селины еще не отпили чай, а бѣдная миссъ Стэтъ сидѣла между ними, утѣшая себя крѣпкимъ чаемъ; она меланхолично жевала кусочки поджареннаго хлѣба, разсѣянно глядя на своихъ маленькихъ собесѣдниковъ, когда тѣ обмѣнивались короткими, но громкими замѣчаніями. Она всегда вздыхала, когда Лаура приходила -- такая у нея была манера выражать удовольствіе, и она была единственнымъ лицомъ изъ всѣхъ, которыхъ видѣла дѣвушка, кого она считала еще болѣе несчастнымъ, чѣмъ она сама. Все же Лаура завидовала ей -- она находила, что ея собственное положеніе было менѣе почтенное, чѣмъ положеніе сестриной гувернантки.
Миссъ Стэтъ давно разсказала свою жизнь хорошенькой теткѣ своихъ воспитанниковъ, и послѣдняя знала, что хотя въ гувернанткѣ было много тяжелаго и непріятнаго, но никогда ничего похожаго на возможность скандала со стороны ея сестеръ. У нея было двѣ сестры (Лаура знала все про нихъ), и одна изъ нихъ была замужемъ за клерджименомъ въ Страфордширѣ (очень противная мѣстность), имѣла семерыхъ дѣтей и четыреста фунтовъ дохода, тогда какъ другая была страшно толста и занимала мѣсто начальницы въ одномъ изъ дѣтскихъ пріютовъ въ Ливерпулѣ.
Ни той, ни другой очевидно не грозилъ процессъ по бракоразводному дѣлу, а такое обстоятельство одно уже, по мнѣнію Лауры, было достаточно, чтобы чувствовать себя счастливой. Миссъ Стэтъ не знала, что значитъ жить въ вѣчной нервной тревогѣ; все въ ея жизни было респектабельно. Она иногда почти сердила дѣвушку своимъ безутѣшнымъ, страдальческимъ видомъ; Лаурѣ такъ и хотѣлось ей сказать:-- Богъ мой! да на что же вы можете пожаловаться? Развѣ вы не зарабатываете куска хлѣба, какъ честная дѣвушка, и развѣ вы обязаны присутствовать при такихъ явленіяхъ, которыхъ не переносите?
Но она не могла сказать ей этого, потому что обѣщала Селинѣ -- не быть съ нею черезъ-чуръ фамильярной. У Селины не было недостатка въ понятіяхъ о декорумѣ,-- напротивъ того; но только она странно понимала декорумъ. Она не была фамильярна даже съ своими дѣтьми. Вотъ почему Лаурѣ нельзя было пожурить миссъ Стэтъ, когда она сидѣла съ такимъ видомъ, какъ будто была привязана къ столбу на кострѣ, и дрова уже были подожжены. Еслибы мученикамъ въ этомъ положеніи подавали чай и холодное мясо, то они были бы какъ разъ похожи на молодую особу, сидѣвшую въ дѣтской въ Меллоу. Лаура не отрицала, что было бы пріятно для нея, еслибы м-съ Беррингтонъ заходила иногда взглянуть, что тамъ дѣлается, и похвалила бы гувернантку. Бѣдная миссъ Стэтъ только черезъ слугъ или черезъ Лауру знала,-- дома ли м-съ Беррингтонъ, или нѣтъ; большею частію ея не было дома, и гувернантка умѣла молча выражать (главнымъ образомъ она достигала этого, склоняя на бокъ голову, когда глядѣла на Скрача и на Парсона,-- само собой разумѣется, что она звала ихъ Джорди и Ферди), что она обижена, да и дѣти также.
Быть можетъ, они и были обижены, хотя, конечно, этого не было видно ни въ ихъ лицахъ, ни въ ихъ манерахъ. Во всякомъ случаѣ, Лаура была увѣрена, что еслибы Селина безпрестанно заглядывала въ дѣтскую, то миссъ Стэтъ приняла бы это неудобство еще трагичнѣе. Зрѣлище истинныхъ или притворныхъ горестей этой молодой женщины не ослабило убѣжденія Лауры въ томъ, что сама она была бы отличной гувернанткой. Только она взялась бы учить самыхъ маленькихъ дѣтей, потому что считала себя слишкомъ мало свѣдущей. Но Селина ни за что не соглашалась, считая это позоромъ и даже хуже того. Лаура предлагала ей за полгода до того обойтись безъ нанятой гувернантки и предоставить ей заниматься съ двумя мальчиками: она не чувствовала бы себя -- такъ она думала -- въ такомъ случаѣ столь зависимой и была бы, въ свою очередь, полезна.
-- Хорошо, а какъ быть въ то время, когда ты уходишь съ нами обѣдать? Кто присмотритъ за ними?-- спросила м-съ Беррингтонъ съ торжествующимъ видомъ.
Лаура отвѣчала, что, пожалуй, нѣтъ никакой необходимости ей приходить къ обѣду; она могла бы обѣдать раньше, вмѣстѣ съ дѣтьми; а если ея присутствіе потребуется въ гостиной, то дѣти побудутъ съ нянькой; для чего же и держать няньку? Селина поглядѣла на нее съ такимъ видомъ, какъ бы находила ее очень поверхностной, и объявила, что няньку держатъ затѣмъ, чтобы одѣть дѣтей и смотрѣть за ихъ платьемъ; развѣ она хочетъ, чтобы бѣдныя малютки ходили въ рубищѣ? У Селины были свои понятія о материнской любви, и когда Лаура намекнула, что дѣти въ этотъ часъ обыкновенно лежатъ уже въ постели, она объявила, что желаетъ, чтобы гувернантка и тутъ не отлучалась отъ нихъ, что таковы чувства матери, которая дѣйствительно любитъ своихъ дѣтей.
Селина была удивительно заботлива; она упомянула про то, что вечерніе часы -- какъ разъ такое время, когда гувернанткѣ слѣдуетъ подготовлять на завтра уроки для дѣтей. Лаура Уингъ сознавала свое невѣжество, но, тѣмъ не менѣе, полагала, что съумѣетъ учить Джорди и Ферди азбукѣ безъ предварительныхъ ночныхъ занятій. Она спрашивала себя: чему же, по мнѣнію сестры, ихъ учитъ миссъ Стэтъ? неужели она думаетъ, что та имъ преподаетъ латинскій языкъ и алгебру?
Тихіе вечерніе часы, которые проводила гувернантка въ дѣтской, были бы очень пріятны для Лауры: такъ она думала по крайней мѣрѣ. Она бы еще милѣе убрала дѣтскую и въ зимніе вечера у камина читала бы книги. Были толки про новое фортепіано (старое было очень плохо), и, быть можетъ, она попросила бы Селину купить его,-- но вотъ и все.