VII
После этого я постаралась как можно скорее разыскать миссис Гроуз, и не в моих силах дать вразумительный ответ, что я перенесла за этот промежуток времени. Однако и до сих пор я слышу тот крик, с каким я бросилась прямо в ее объятия:
— Они знают… это просто чудовищно; они знают, знают!
— Но что же они знают?… — Она обняла меня, и я почувствовала, что она мне не верит.
— Да все, что и мы знаем… и бог ведает, что еще сверх того!
И тут, когда она выпустила меня из своих объятии, я объяснила ей, объяснила, быть может, и самой себе с полной связностью только теперь:
— Два часа тому назад, в саду, — я это выговорила с трудом, — Флора видела!
Миссис Гроуз приняла мои слова так, как приняла бы удар в грудь.
— Она вам сказала? — спросила миссис Гроуз, задыхаясь.
— Ни единого слова — в том-то и ужас. Она затаила все про себя! Ребенок восьми лет, такой маленький ребенок!