Смехота
Нет, ему жестоко напортят актеры, говорю не обинуясь. Он там за сценой (я было зашла в уборную поглядеть, как актеры гримируются) катается между них прямо как бочка и весь выворачивается,-- не хуже бочки с суслом или вином. Потеет так, как доброе масленичное блюдо (если бы только знали о нем, право, включили бы в какое-нибудь официальное меню),-- пирожный поэт. Сидит как распотрошенный барабан, с которого сбили одну шкуру. Ведь вы знаете, у авторов две шкуры, как у барабана: одна для творчества, а другая для репетиции. Так вот его репетиционная шкура в клочья разорвана, ее можно подобрать в уборных; он в авторском раже изорвал весь текст и мертвецки нализался, а уж и этого без иных возбудительных средств достаточно, чтобы сделать его самой плачевной эмблемой терпения.
Критика
Тише: Пролог!
Пролог (читанный в театре)
Для вас же автор добивался цели,
Чтоб пьесу слушали, а не смотрели.
Хоть мы спешим радушье проявить
И славным зрелищем вас угостить.
Он хочет пробудить в вас мудрость духа