Впрочем, австрийцы играли такую же роль.
Весной в один из субботних вечеров в Цюрихе в доме, примыкавшем к австро-венгерскому консульству, был веселый праздник. Там были танцы и пение, и звуки веселья разносились далеко вокруг. Праздник был союзный. На нем присутствовали французы, англичане и итальянцы, военные и штатские. Вдруг около полуночи напряженный слух некоторых приглашенных уловил глухой гул взрыва, разразившегося, казалось, в австро-венгерском консульстве; гости стали веселиться вдвойне и разошлись только на рассвете.
В понедельник утром, когда открыли канцелярию австро-венгерского консульства, обнаружилось, что кто-то проник в помещение, взломал сейф и овладел важными документами.
Какого сорта были документы? — спросила швейцарская полиция.
— Очень секретные и весьма важные; если их переправят через французскую или итальянскую границы, это будет ужасное бедствие, — говорили австрийцы, настаивавшие на том, чтобы швейцарская полиция допросила всех лиц, которые могли принадлежать к какой-либо союзной разведке в Швейцарии.
Это была трудная задача, но швейцарская полиция сделала попытку.
От всех тех, кого она допрашивала, она получала ответ:
— Помилуйте, ведь я был на вечере в соседнем доме и ни на минуту никуда не отлучался.
Или другой:
— Я был на вечере у американцев, спросите их, они вам это подтвердят.