Небенхари озабоченно посмотрел в блистающие глаза девушки, которая продолжала:
- И много приведено было собак на задний двор дома.
- Может быть, царь хочет заглушить свое горе по поводу твоей болезни.
- О, нет, я лучше знаю это! Оропаст учил меня, что к каждому умирающему персу приводят собак, чтобы див смерти вошел в них.
- Но ведь ты еще жива, госпожа, и...
- О, я знаю, что умру! Если бы даже я не видела, как ты и другие врачи, глядя на меня, пожимали плечами, то все-таки знала бы, что мне остается жить только несколько часов. Этот яд смертелен.
- Ты говоришь слишком много, госпожа; это может тебе повредить.
- Оставь, Небенхари! Я должна кое о чем попросить тебя перед смертью.
- Я твой слуга.
- Нет, Небенхари, ты должен быть моим другом, моим жрецом! Не правда ли, ты уже не сердишься на меня за то, что я молилась персидским богам? Наша Гагор все-таки осталась моим лучшим другом. Да, я вижу по твоему лицу, что ты прощаешь мне. Но ты должен мне обещать также, что ты не позволишь предать мое тело на растерзание собакам и коршунам. О, мысль об этом слишком ужасна! Не правда ли, ты набальзамируешь мой труп и украсишь его амулетами?