Наконец голова, окутанная холстом для защиты от прикосновения рабов, была установлена на надлежащем месте. Переводя дух, художник повернулся к дому дворцового смотрителя лицом, и тотчас же раздался чистый, веселый женский голос:
-- Верзила Поллукс! В самом деле это Поллукс! Как я рада!
При этих словах девушка громко всплеснула руками, и так как ваятель кивнул ей и вскричал: "Ты малютка Арсиноя! Вечные боги! Что вышло из этой крошки!" -- она приподнялась на кончики пальцев, чтобы казаться выше, дружески кивнула ему и сказала, смеясь:
-- Я еще не совсем выросла; зато у тебя уж совсем почтенный вид с бородой и орлиным носом. Селена только сегодня сказала мне, что ты там орудуешь вместе с другими.
Глаза художника, точно зачарованные, были прикованы к девушке. Есть поэтические натуры, немедленно превращающие в рассказ (или быстро складывающуюся вереницу стихов) все необычное, что им случается увидеть или пережить. И Поллукс не мог взглянуть на прекрасную человеческую фигуру, чтоб тотчас же не привести ее в связь со своим искусством.
"Галатея, несравненная Галатея*, -- подумал он, приковавшись взглядом к стану и лицу Арсинои. -- Ну словно она за секунду перед тем вышла из моря... так свежа, весела, так дышит здоровьем вся ее фигура! И как мелкие завитки торчат вокруг лба, точно все еще плавают в воде. Вот она наклоняется, чтоб послать мне привет. Как округлено каждое ее движение! Словно дочь Нерея прижимается к волне, то вздымающейся горою, то спускающейся провалом. Формой головы и греческим очертанием лица она напоминает мать и Селену. Но старшая сестра похожа на Прометееву** статую, до того как в нее вдохнули душу, а Арсиноя -- то же изваяние, но только после того, как небесный огонь разлился по его жилам".
______________
* Галатея (греч. миф.) -- морская нимфа, дочь Нерея.
** Прометей (греч. миф.) -- титан, вылепивший из глины человека и вдохнувший в него жизнь с помощью искры небесного огня, которую он похитил у Зевса.
Художник все это перечувствовал и передумал в течение всего лишь нескольких секунд. Но девушке молчание немого поклонника показалось слишком долгим, и она нетерпеливо крикнула ему: