-- Откуда у тебя этот паштет? -- спросил префект певца.
-- Он остался от ужина, которым угощал сегодня архитектор художников, -- отвечал Эвфорион. -- Кости отданы были грациям, а это нетронутое блюдо было предоставлено мне с женой. Она с удовольствием предлагает его гостю Понтия.
Титиан засмеялся и вскричал:
-- Итак, теперь понятна причина исчезновения обильных яств, которые мы послали архитектору! Этот паштет... Могу я взглянуть на него? Этот паштет был приготовлен по указанию Вера. Он напросился вчера к нам на завтрак и научил моего повара искусству приготовлять это блюдо.
-- Ни один последователь Платона не может распространять философию своего учителя лучше, чем Вер -- преимущества этого кушанья, -- заметил император, к которому снова вернулось веселое расположение духа, как только он увидел, что и здесь невозможно подозревать никакой искусственной подготовки. -- Что за безумства творит этот баловень счастья! Уж не стряпает ли он теперь собственноручно?
-- Нет, -- отвечал префект, -- он только велел поставить себе в кухне ложе, растянулся на нем и делал моему повару указания относительно изготовления этого паштета, который, по его словам, и тебе... то есть я хотел сказать... который будто бы с удовольствием кушает сам император. Он состоит из фазана, ветчины, вымени и рассыпчатого теста.
-- Я разделяю вкус Адриана, -- засмеялся император, оказывая должную честь вкусному блюду. -- Вы великолепно угощаете меня, друзья, и делаете меня своим должником. Как зовут тебя, молодой человек?
-- Поллуксом.
-- Твоя Урания, Поллукс, хорошее произведение, и Понтий говорит, что ты выполнил плащ без натуры. Я повторяю: это просто невозможно.
-- Ты вполне прав. Одна девушка была моей натурщицей.