-- По-настоящему пригодна для жилья только незначительная часть старинного здания.
-- В этом, к сожалению, мне и самому пришлось убедиться, -- веско подтвердил префект и продолжал, обратившись к смотрителю не тоном строгого выговора, а как бы с сожалением: -- Мне кажется, Керавн, что ты, пожалуй, обязан был уже давно известить меня о плохом состоянии дворца.
-- Я посылал уже жалобу, -- ответил тот, -- но на мое ходатайство последовал ответ, что средств не имеется.
-- Я ничего об этом не слыхал! -- воскликнул Титиан. -- Когда же ты подавал заявление в префектуру?
-- Это было еще при твоем предшественнике, Гатерии Непоте.
-- Вот как! -- произнес префект с растяжкой. -- Уже тогда! Я бы на твоем месте возобновлял свое ходатайство ежегодно, и уж во всяком случае при вступлении в должность нового префекта. Но сейчас нам недосуг сетовать на промедление. Во время пребывания здесь императора я, может быть, пришлю кого-нибудь из своих чиновников в помощь тебе.
Затем Титиан резко повернулся спиной к смотрителю и спросил архитектора:
-- Итак, мой Понтий, какую же часть дворца ты имеешь в виду?
-- Внутренние покои и залы сохранились лучше других.
-- Но о них и думать не стоит! -- вскричал Титиан. -- В лагере император неприхотлив и довольствуется всем; там же, где есть вольный воздух и вид вдаль, он непременно пожелает их использовать.