-- Они -- твои, -- отвечал астролог. -- Располагай моим знанием, моим прилежанием, моим временем; предложи мне столько вопросов, сколько пожелаешь. Мы до такой степени у тебя в долгу...
-- Вы не должны смотреть на меня как на своего заимодавца, -- прервал ученого претор. -- И вы даже не обязаны мне благодарностью. Я познакомился с вами только после вашего спасения и выступил против толпы и ее бесчинств не ради какого-нибудь определенного человека, а во имя порядка и закона.
-- Ты был так добр, что защитил нас, -- возразил Бен-Иохай, -- не будь же так суров, чтобы пренебречь нашею благодарностью.
-- Она делает мне честь, мой ученый друг, клянусь всеми богами, она делает мне честь, -- отвечал Вер. -- И в самом деле, очень возможно, что... может быть... Не будешь ли ты так добр, не проводишь ли меня вот туда, к бюсту Гиппарха? С помощью науки, которая обязана ему столь многим, может быть, ты окажешь мне важную услугу.
Когда они вдвоем, отделавшись от других, остановились перед мраморной статуей великого астронома, Вер спросил:
-- Ты знаешь, каким способом император узнает вперед судьбу людей по звездам?
-- В точности.
-- Через кого?
-- Через Аквилу*, ученика моего отца.
______________