-- Ты самъ мнѣ это запретилъ.
-- Я?
-- Да, ты...Ты не велѣлъ мнѣ упоминать тебѣ о моей родинѣ, о матери, о всѣхъ моихъ.
Лобъ кесаря нахмурился.
-- Я -- твой отецъ,-- строго произнесъ онъ,-- и мнѣ должна принадлежать вся твоя душа.
-- Она твоя,-- отвѣчалъ юноша, снова опустился на медвѣжій мѣхъ и 'плотно натянулъ на плечи паллій, потому что порывъ холоднаго вѣтра ворвался въ отворившуюся дверь палатки, черезъ которую въ эту минуту входилъ съ своему повелителю Флегонъ, тайный секретарь императора. За нимъ слѣдовалъ рабъ съ нѣсколькими запечатанными свитками подъ мышкой.
-- Угодно ли тебѣ, кесарь, пробѣжать вновь полученныя бумаги и письма?-- спросилъ чиновникъ, прекрасно убранные волосы котораго были теперь растрепаны морскимъ вѣтромъ.
-- Да... А потомъ мы занесемъ на память то, что мнѣ удалось наблюсти въ теченіе этой ночи. Таблицы съ тобой?
-- Я велѣлъ разложить ихъ въ палаткѣ, приготовленной для работы.
-- Буря все усиливается?