-- Вот как! -- воскликнула черная невольница. -- Какая прекрасная партия! Но знаешь ли ты, что молодой господин вернулся сюда? Он, вероятно, привез с собой царевну, так что нам предстоит увидеть коронованных особ в пурпурных мантиях!
Больная вспыхнула, хватаясь в испуге за платок, которым были повязаны ее изуродованные уши, и спросила:
-- Неужели это правда? Неужели он вернулся?
-- Вернулся, но совсем недавно, -- утешала Мандану другая добродушная невольница.
-- Не верь ей! -- перебила негритянка. -- Вчера вечером, если хочешь знать, он катался по Нилу с высокой дамаскинкой. Мой брат, лодочник, был одним из гребцов и говорил, что молодой господин не отходил от своей двоюродной сестры и они оба...
-- Ты говоришь о моем супруге, великом мукаукасе? -- спросила Мандана, стремясь собраться с мыслями.
-- Нет, о твоем сыне Орионе, женатом на дочери императора, -- со смехом отвечала безжалостная девушка.
Безумная поднялась с места, обводя вокруг блуждающим взглядом, и повторила в смущении, как будто не вполне понимая смысл сказанных слов:
-- Орион? Красавец Орион?
-- Ну да, твой любимый сынок, -- крикнула мучительница так резко, как будто говорила с глухой.