- Не верьте всему, что она будет говорить вам, и не смотрите слишком пристально ей в глаза. Пойдем, Лелапс! - смеясь, сказал Ганс и вышел из палатки.
Сибилла стала молча дрожащими руками раскладывать карты, а он думал: 'Теперь она постарается выведать от меня что-нибудь, и я готов биться об заклад, что будет пугать меня разными ужасами, чтобы заставить отказаться от поста начальника. Но я не попадусь на эту удочку. Пусть-ка она лучше поговорит о прошлом'.
Она как будто пошла навстречу его желаниям, потому что, не кончив еще раскладывать карты, подперла щеку рукой и спросила, стараясь встретить его взор:
- С чего же нам начать? Вы помните еще ваше детство?
- Конечно.
- И отца?
- Я его давно уже не видел! Разве не видно по вашим картам, что он умер?
- Да, да, конечно, умер. Но ведь у вас была и мать?
- Понятно была! - сказал он раздраженным тоном, потому что ему досадно было говорить с этой женщиной о своей матери.
Она слегка вздрогнула и сказала: