- Уверял! - презрительно повторила Вереника.
Затем она быстро привлекла к себе девушку, поцеловала ее в лоб, точно желая защитить, положила ей руку на голову и обратилась к художнику, продолжая говорить:
- Я настаиваю на своем прежнем требовании. Еще в эту ночь Мелисса должна отправиться отсюда куда-нибудь в дальние края. Тебе, Александр, следует проводить ее. Мое собственное морское судно "Вереника и Коринна" - Селевк подарил его мне с дочерью - готово к отплытию. В Карфагене живет моя сестра. Ее муж, первое лицо в городе, тоже мой друг. В его доме вы найдете приют и защиту.
- А отец и Филипп? - перебил ее Александр. - Если мы последуем твоему совету, то им грозит смерть.
Тогда матрона иронически рассмеялась.
- Так вот чего вы ожидаете от доброго, великого, благородного повелителя!
- Относительно своих друзей, - возразил Александр, - он оказывается милостивым, но горе тому, кто оскорбит его.
Тогда Вереника задумчиво уставилась глазами в пол и продолжала более спокойно:
- Так постарайтесь прежде освободить своих близких и тогда уже садитесь на мой корабль. Он будет стоять готовым для вас, и я знаю, что Мелиссе придется воспользоваться им. Дай мне мое покрывало, дитя. Колесница ждет меня у храма Изиды. Сведи меня туда, Александр, и мы вместе отправимся в гавань. Там я познакомлю тебя с капитаном. Так будет лучше. Отец и брат для тебя ближе, чем сестра, а для меня она значит больше. Если бы только было возможно и мне самой удалиться вон из этого опустелого дома и сопровождать Мелиссу!
Тут она сделала своею поднятою рукою такой жест, точно собиралась бросить камень куда-то вдаль.