- Подожди здесь, я сейчас вернусь.
- Что ты хочешь делать? - спросил испуганный Александр.
- Я возвращаюсь к больному, - отвечала она решительно. Брат в ужасе схватил ее руку, запрещая ей этот шаг именем отца. Но при его запальчивом возгласе: "Я не потерплю этого", она пыталась высвободиться из его рук и крикнула ему в лицо:
- А ты? Разве ты, от жизни которого зависит в тысячу раз больше, чем от моей, не пошел добровольно в тюрьму и на смерть, чтобы спасти своего отца?
- Он лишился свободы из-за меня, - прервал ее Александр. Но она быстро возразила:
- Если бы я не думала только о себе, то приказание освободить наших теперь было бы уже в гавани, Я иду!
Александр выпустил ее руку и вскричал, точно вынужденный каким-то внутренним толчком:
- Так иди!
- А ты, - торопливо сказала Мелисса, - отправишься к госпоже Эвриале. Она еще ждет меня. Расскажи все и попроси ее от моего имени лечь спать. Скажи также, что я помню слова относительно "исполняющегося времени". Запомни это выражение. Объясни ей, что если я снова подвергаю себя опасности, то делаю это по внушению моего внутреннего голоса, который говорит мне, что так следует поступить, и это справедливо, поверь мне, Александр.
Художник обнял и поцеловал сестру, но пожелания, которые он высказал ей по пути, она поняла только наполовину, потому что его голос прерывался от волнения.