Но молчание должно же было прекратиться когда-нибудь, и Герон вздохнул свободнее, когда девушка подошла к нему. Однако же его снова испугал какой-то необычный, глухой звук ее голоса, когда она спросила:
- Правда ли, что здесь уже был полицейский стражник от начальника полиции?
Герон встрепенулся, и ему было приятно облегчить свое сердце невольно вырвавшимся криком:
- Опять это мудрование раба! Мнимый стражник приходил в качестве посланца от своего господина. Начальник полиции - вот ты увидишь - желает почтить Александра заказом.
- Нет, нет! - с горячностью прервала она отца. - Они разыскивают брата. Благодарение богам, что приходил стражник. Это доказывает, что Александр еще свободен.
Художник схватился за свою косматую голову: ему показалось, что мастерская заходила вокруг него. В то же время издавна вкоренившаяся привычка заявила свои права, и, внезапно закипев гневом, он крикнул во всю силу своих могучих легких:
- Что там такое? Что это значит? Что случилось с Александром? Где ты была? Где были вы?
Сделав два больших шага, разъяренный художник очутился перед испуганной девушкой; все птицы заволновались в своих клетках, и скворец громко вскрикнул: "Моя сила!" и затем "Олимпия!"
Герон остановился, запустил пальцы в свои густые поседевшие волосы, пронзительно засмеялся и вскричал:
- Я оставил ее могилу с расцветающею надеждой, и вот как она исполняется! Там, где человек мечтает о славе, ему готовится позор! А ты, девка, где ты провела эту ночь? Откуда ты пришла? Я спрашиваю тебя еще раз!