Она разнеслась бы по всему миру.
На глубине подземной бездны, в темных копях,
В море эфира, высоко над царством воздуха,
Повсюду можно было бы услышать мою песнь,
И весь мир, затаив дыхание, прислушивался бы к ее звукам
И сливал свои голоса в один торжественный хор,
И просил бы тебя выслушать певца.
И когда плющ давно уже обовьет мою могилу,
Они будут по-прежнему звучать, очаровывая слух,
Звучать во всем мире, во всех поясах земли.