-- Значитъ, нечего и провѣрять, отвѣчалъ Саксенъ, загребая свертки и бумаги и бросая ихъ какъ попало обратно въ шкатулку.-- Я самъ не дѣловой человѣкъ, и не въ силахъ продлить это тяжелое слѣдствіе далѣе сегодняшняго дня. Приступимте къ составленію деклараціи.

-- Если вы потрудитесь сказать мнѣ, въ чемъ она должна заключаться, я сейчасъ же напишу ее, сказалъ мистеръ Гутри.

Саксенъ шопотомъ сообщилъ ему свои наставленія, и перо пастора быстро заскрипѣло по бумагѣ, затѣмъ онъ вслухъ прочиталъ написанный имъ документъ:

"Я, Вильямъ Трефольденъ, изъ Чансери-Лена въ Лондонѣ, юристъ и стряпчій, симъ признаю, что выманилъ у родственника моего, Саксена Трефольдена, швейцарскаго урожденца, сумму въ два мильйона фунтовъ стерлинговъ, съ умысломъ -- похитить ихъ у него; еще признаю я, что ложно увѣрилъ его, будто я превратилъ эту сумму, для его пользы и выгоды, въ акціи нѣкоего вымышленнаго общества, неимѣвшаго дѣйствительнаго существованія, а выдуманнаго и изобрѣтеннаго мною для собственныхъ, безчестныхъ моихъ видовъ. Я также признаю, что обратилъ эти два мильйона въ разныя бумаги и цѣнности, какія считалъ наиболѣе удобными и выгодными для себя, и бѣжалъ изъ Англіи со всѣмъ добытымъ такимъ образомъ имуществомъ, намѣреваясь отправиться въ Соединенные Штаты Америки и тамъ присвоить его, для своего личнаго употребленія.

"Я далѣе сознаюсь, что два года назадъ получилъ двадцать-пять тысячъ фунтовъ стерлинговъ отъ моего кліента, Джервэза-Леопольда Винклифа, графа Кастельтауерса, и что, вмѣсто того чтобы немедленно уплатить эти деньги, какъ обязывалъ меня долгъ, въ руки Оливера Беренса, эсквайра, изъ Бредстрита въ Лондонѣ, для ликвидаціи займа, заключеннаго у него лордомъ Кастельтауерсомъ, года четыре назадъ, подъ закладную, я присвоилъ для собственнаго своего употребленія, продолжая уплачивать попрежнему одни только проценты отъ имени моего кліента.

"Далѣе я заявляю, что это признаніе, относительно провинности моей, какъ противъ моего родственника Саксена Трефольдена, такъ и противъ графа Кастельтауерса, во всѣхъ отношеніяхъ вполнѣ согласно съ истиною, что я и скрѣпляю своей подписью, данною въ присутствіи нижеозначенныхъ свидѣтелей. Сего двадцать-второго сентября, лѣта по P. X. тысяча-восемьсотъ-шестидесятаго."

Мистеръ Гутри, прочитавъ документъ до конца, передалъ его черезъ столъ юристу. Вильямъ Трефольденъ слушалъ, все еще небрежно развалившись на стулѣ, и сначала улыбался юридическому обороту, который пасторъ старался придать своимъ фразамъ, но подъ конецъ чтенія нахмурился и сталъ нетерпѣливо постукивать каблукомъ по паркету.

Саксенъ придвинулъ къ нему черипльницу.

-- Подпишите, сказалъ онъ.

Юристъ всталъ, взялъ перо, обмокнулъ его въ чернила, но вдругъ запнулся, и съ внезапнымъ презрительнымъ порывомъ швырнулъ перо на столъ.