Онъ былъ правъ: онъ умеръ, какъ мы знаемъ, за двѣнадцать лѣтъ до окончанія столѣтняго срока, и Мартинъ Трефольденъ продолжалъ воспитывать племянника, по своей любимой теоріи. Онъ теперь дѣлалъ, что хотѣлъ, его даже не останавливали, какъ бывало, скромные вопросы брата, и потому онъ шелъ по предначертанному себѣ пути, закрывъ глаза и отказываясь признать простой фактъ, что Саксенъ уже болѣе не ребёнокъ. Онъ нарочно прикидывался слѣпымъ и, казалось, не видѣлъ ни усовъ Саксена, ни ежедневно прибавлявшагося его роста. Онъ не хотѣлъ вѣрить, что пришло уже время сказать юному спартанцу, что онъ вскорѣ будетъ богатъ; ему была нестерпима мысль поднять руку на свою собственную работу и разрушить то, что стоило ему столькихъ трудовъ и усилій.
Однако въ послѣднее время его начало терзать сомнѣніе, дѣйствительно ли полное незнаніе жизни было лучшей подготовкой человѣку для полезной широкой дѣятельности? Онъ часто теперь спрашивалъ себя, не лучшей ли школой для его племянника была бы коллегія въ Женевѣ, чѣмъ уединенная долина Домлешга?
Въ такомъ положеніи находились дѣла, когда Вильямъ Трефольденъ неожиданно прибылъ въ Роцбергскій замокъ, и вотъ почему его двоюродный братъ Саксенъ, наслѣдникъ четырехъ съ половиной мильойновъ, не имѣлъ никакого понятія о цѣнѣ наполеондора.
VIII.
Вильямъ Трефольденъ встрѣчается съ старыми знакомыми.
Саксенъ былъ вѣренъ своему слову; въ ту самую минуту, какъ на маленькихъ швейцарскихъ часахъ пробило половина девятаго, въ корридорѣ раздались его шаги и еще звукъ ихъ не замеръ, какъ ужь онъ входилъ въ комнату, гдѣ его ждалъ Вильямъ Трефольденъ, сидя у накрытаго стола.
-- Какъ пріятно убѣдиться въ томъ, что умѣешь съ перваго раза разпознавать характеры, сказалъ Трефольденъ, идя на встрѣчу Саксену:-- я былъ увѣренъ, что вы ни минуты не опоздаете, и потому приказалъ варить яйца -- вотъ они и готовы. Садитесь, пожалуйста; я надѣюсь, что у васъ хорошій апетитъ.
-- Да, я очень голоденъ, отвѣчалъ Саксенъ, набрасываясь на хлѣбъ.
-- Какое великолѣпное утро для прогулки, продолжалъ Трефольденъ, взглянувъ на красныя щоки юноши.
-- Правда. И я уже довольно полазилъ по горамъ, отыскивая одну изъ нашихъ козъ. Въ шесть часовъ было такъ свѣтло, что я могъ ясно разобрать Глериншъ.