Экспедиция доставила на базу свои драгоценные находки и после короткого отдыха выступила в «Великий западный маршрут». Нам следовало пройти по гладкой равнине, окружающей Далан-Дзадагад, перевалить ущелье, пересекающее хребет Гурбан-Сайхан, и идти на юго-запад, к склонам хребта Нэмэгэту. Здесь находились никем не посещаемые котловины, которые очень привлекали нас.
Снова потянулась дорога между горных кряжей и котловин, покрытых бугристыми песками, то пустынными, то поросшими серо-голубыми корявыми стеблями саксаула. Местами нам встречались бесчисленные стада песчанок. Эти грызуны имеют обыкновение бежать перед машиной по дороге, и мелькание их юрких телец очень раздражает шоферов. Порой раздавался тонкий свист тарбаганов — огромных сурков. Иногда на склонах гор мы находили черепа архаров — баранов с тяжелыми, закрученными в кольца рогами.
Автомобильный накат по горам и степи кончился, и машины пошли по неизвестному бездорожью. Мы медленно двигались по неровному, заваленному песком сухому руслу, вдоль отвесных черных стен угрюмого хребта и, наконец, выехали в широкую котловину. На северной окраине этой впадины возвышался зубчатый массив хребта Нэмэгэту, а у его подножия в палевой дымке виднелись изрытые красные стены тех самых пород, к которым мы стремились.
Высохшие кочки, промоины и бугры было так трудно преодолевать, что только к середине следующего дня мы подъехали вплотную к красным породам. Эти рыхлые отложения легко размываются весенними водами и образуют запутанный лабиринт оврагов, русел, каньонов и ущелий. Ближе всех к нам стоял останец — отдельный высокий холм в виде усеченного конуса. Из его желтого склона, покрытого панцирем оплывшей глины, на высоте больше ста метров над нашими головами торчала крупная кость.
— Яс! Яс! Кость! — закричал проводник-монгол.
Мы гурьбой высыпали из машины и кинулись к ближайшим обрывам.
— Кости! Кости! Скорее сюда! — слышалось отовсюду.
Мы, трое палеонтологов, метались от одного места к другому, не обращая внимания на палящую жару. Уже завязался горячий спор о том, что именно мы нашли: огромных древних млекопитающих или динозавров, когда профессор Громов притащил целый гигантский коготь хищного динозавра.
Было ясно, что мы напали на громадное кладбище. Бесконечные лабиринты ущелий уходили далеко на восток. Нужно было, не теряя времени, определить участки, наиболее богатые костями, провести туда машины, разгрузить их и стать лагерем.
Меня привлекала высокая гряда, тянувшаяся прямо на восток от того сухого русла, в котором мы остановились. Я направился туда один, проклиная беспрерывные подъемы, спуски и песчаные скаты.