-- Это любопытно. Тогда, как тебе известно, сенат воспретил всякое расследование, и одно это...
-- Расследование было бы бесполезно, так как отравителя нельзя было обличить. Неужели ты в самом деле не догадываешься?..
Императрица затрепетала.
-- Нисколько не догадываюсь, -- отвечала она, закрывая глаза.
-- Так тебя щадили, -- продолжал Нерон. -- Преступление совершено личным врагом Клавдия, отпущенником Евтропием.
-- Это мне известно, -- прошептала Агриппина, -- но я полагала, что он был лишь орудием гораздо более высоких лиц.
-- Нет! Император Клавдий пригрозил привлечь его к ответственности за многочисленные кражи и преступник поспешил предупредить своего судью. Он исчез бесследно раньше, чем его могли схватить. Но оставим этот грустный предмет. Припоминая предостережения Сенеки, я вижу, что вовсе не должен был касаться его.
Он задернул занавеску, как бы желая защитить чувствительную страдалицу от слишком яркого света. Потом, нежно положив голову на плечо матери, глубоко вздохнул и внезапно спросил ее:
-- Как понравилась тебе белокурая девушка, просившая помилования отпущеннику Флавия Сцевина?
-- Я не обратила на нее внимания.