Отто успокоилъ его и поднялся съ Гейнціусомъ по лѣстницѣ. Придя наверхъ, онъ распахнулъ окно и бросился на кровать, между тѣмъ какъ Гейнціусъ усѣлся на единственный стулъ.
-- Послушай, -- началъ Отто послѣ минутнаго молчанія.-- Вѣдь, дѣло дѣйствительно могло плохо кончиться. И чего ты въ такомъ экстазѣ смотрѣлъ на эту молчаливую кельнершу? Ученый тридцати четырехъ лѣтъ и такіе глаза!
Учитель закусилъ себѣ нижнюю губу.
-- Ты правъ,-- сказалъ онъ тихо,-- это было неосторожно. Я знаю, какъ непросвѣщенное человѣчество легко объясняетъ подобное настроеніе.
-- Неужели тебѣ дѣйствительно такъ необыкновенно понравилась эта дѣвушка?
-- Необыкновенно! Затылокъ и щеки Венеры! А эти обворожительные волосы! Также волнисты, какъ у Юноны Лудовизи.
Отто Вельнеръ поднялъ немного голову.
-- Гейнціусъ, -- вскричалъ онъ,-- клянусь Богомъ, ты способенъ влюбиться!
-- Я? Да что же ты думаешь? Знаешь ли ты, прежде всего, что значитъ быть влюбленнымъ въ дѣвушку?
-- Ну, -- засмѣялся Отто, -- это опредѣленіе не входило въ курсъ нашихъ занятій, но я, все-таки, думаю...