Отто поблѣднѣлъ немного. На губахъ его готовъ былъ вѣжливый отказъ принять сумму, но манеры совѣтника были такъ спокойны, обдуманны, внушали столько уваженія, что Отто не рѣшился высказать громко свои чувства. Онъ, механически принялъ запечатанный конвертъ съ банковыми билетами, поблагодарилъ и твердымъ голосомъ проговорилъ:
-- Я думаю сегодня же уѣхать, такъ какъ чувствую себя совершенно здоровымъ. Слѣдовательно, перваго октября...
-- Утромъ, въ девять часовъ ровно,-- возразилъ совѣтникъ, едва замѣтно кивнувъ головой.
Черезъ два часа по улицѣ катилась наемная карета по направленію къ Ландорфу. Опустивъ голову на руку, Отто проѣзжалъ роскошный лѣсъ, не поднимая глазъ. Онъ самъ не зналъ, что такъ сильно разстроивало и огорчало его.
Глава VI.
Шелъ четвертый день со дня пріѣзда Отто въ шумную столицу. На Пескахъ, No 17, въ четвертомъ этажѣ онъ нашелъ небольшую комнату, съ очень скромною обстановкой, но за то необыкновенно дешево. Когда стемнѣло, онъ зажегъ свою лампочку и сѣлъ писать Карлу Теодору Гейнціусу. Онъ чувствовалъ что-то вродѣ тоски по родинѣ.
"Мой дорогой другъ, -- писалъ онъ, -- ты не имѣешь понятія, какъ тяжело очутиться одному, безъ знакомыхъ, въ чужомъ городѣ, гдѣ встрѣчаются только лица настолько безразличныя, что ты едва различаешь ихъ, и при этомъ вспоминать о печальныхъ дняхъ прошлаго. Сегодня день былъ пасмурный и я рано вернулся съ послѣобѣденной прогулки. Въ центрѣ города -- другое дѣло. Но здѣсь, на окраинѣ, гдѣ всюду видишь тяжелую борьбу за существованіе, гдѣ тысячи объявленій и вывѣсокъ напоминаютъ, что во всѣхъ отрасляхъ труда предложеній больше, чѣмъ спроса, гдѣ на каждомъ шагу встрѣчаешь блѣдныхъ женщинъ и угрюмыхъ мужчинъ,-- здѣсь мною всегда овладѣваютъ тяжелыя чувства. Конечно, и здѣсь есть богатые и довольные люди; но я ихъ не вижу; я вижу только все мрачное, сѣренькое, безрадостное. Огромный домъ, въ которомъ я живу, съ дюжинами объявленій, вывѣсокъ, билетиковъ производитъ впечатлѣніе отдѣльнаго городка. Маленькая прибитая дощечка объявляетъ, напримѣръ: "учитель живетъ на четвертомъ этажѣ, позвонить два раза". Четвертый этажъ! И онъ мой ближайшій сосѣдъ, но я до сихъ поръ его еще не видалъ. Вообще, я не понимаю, что заставляетъ меня такъ уединяться, хотя отъ этого уединенія я страдаю. Вѣроятно, это вслѣдствіе колоссальнаго контраста между этою лавчонкой и очарованіемъ оберхорхгеймской виллы. Тамъ роскошныя колонны, блестящій мраморъ, зеленыя долины, красивыя дамы и барышни!... Одна, напримѣръ, жена моего покровителя... Увѣряю тебя, что если бы ты увидалъ ее, то сдѣлалъ бы еще болѣе забавное лицо, чѣмъ недавно въ Золотомъ Якор ѣ. Съ утра до вечера ты бы воспѣвалъ Люцинду, а Марта померкла бы навсегда".
Отто писалъ эти слова, когда кто-то два раза громко постучалъ въ дверь.
-- Войдите, -- крикнулъ Отто, немного удивленный, такъ какъ хозяйка стучала всегда очень тихо.
Въ комнату вошелъ худой мужчина, лѣтъ двадцати восьми, тридцати, очень блѣдный, съ темными, блестящими глазами и густыми волосами, въ безпорядкѣ падающими ему на лобъ.