Безмолвіе Тома перепугало Магги. Ей оставалось еще передать вѣсть хуже. Она обняла его, наконецъ, и сказала рыдая:
-- Томъ милый! милый Томъ! не тревожься такъ, старайся тверже перенести несчастье.
Томъ безсознательно повернулъ щеку, чтобъ встрѣтить ея поцалуй; слезы катились по ней; онъ отеръ ихъ рукою. Это движеніе привело его въ себя; онъ оправился и сказалъ:
-- Я поѣду съ тобою домой, Магги. Отецъ, вѣдь, сказалъ, чтобъ я пріѣхалъ?
-- Нѣтъ, Томъ, отецъ этого не говорилъ, отвѣчала Магги. Заботливость о братѣ помогла ей побѣдить свое волненіе. Что сталось бы съ нимъ, еслибъ она вдругъ объявила ему все?-- Но мать желаетъ, чтобъ ты пріѣхалъ. Бѣдная мать! она такъ плачетъ! О, Томъ, дома такое страшное горе.
Губы Магги побѣлѣли и она начала почти такъ же дрожать, какъ Томъ. Бѣдныя дѣти ближе примкнули другъ къ другу и оба трепетали, одинъ отъ неопредѣленнаго ужаса, другая отъ страшной дѣйствительности. Магги заговорила наконецъ почти шопотомъ:
-- И... и... бѣдный отецъ!...
Магги не могла докончить, но такая проволочка была нестерпима для Тома. Ему представилась теперь мысль о заключеніи въ тюрьмѣ, вслѣдствіе долга.
-- Гдѣ мой отецъ? сказалъ онъ, нетерпѣливо:-- говори, Магги!
-- Онъ дома, отвѣчала Магги, не затрудняясь отвѣтомъ на этотъ; вопросъ:-- но, прибавила она послѣ нѣкотораго молчанія:-- онъ безъ памяти... онъ упалъ съ лошади... онъ никого не узнаетъ, кромѣ меня... онъ лишился сознанія... О, отецъ! отецъ!...