-- Только не сегодня, отвѣчалъ Биль, внутренно волнуясь отъ опасенія, чтобы м-ръ Казобонъ не засталъ его.-- Дождь почти пересталъ, а я просилъ м-ра Брука не заѣзжать за мной; мнѣ хочется пройти пѣшкомъ до Грэнжа. Я отправлюсь лугами, черезъ Гельзель-Коммонъ, чтобы полюбоваться игрой дождевыхъ капель на травѣ. Мнѣ это очень нравится.
Съ этими словами Биль быстро подошелъ къ Доротеѣ, чтобы пожать ея руку. Ему смертельно хотѣлось сказать ей: "не говорите ничего м-ру Казобону",-- но страхъ навлечь на себя ея гнѣвъ и упасть въ ея мнѣніи остановилъ его.
-- Какъ жаль, что вы не можете дольше побыть со мной, сказала Доротея, съ грустнымъ оттѣнкомъ въ голосѣ, вставая съ мѣста и подавая Вилю руку. У нея была мысль повторить Вилю, чтобы онъ не терялъ времени и посовѣтовался скорѣе съ м-ромъ Казобономъ; однако она промолчала, боясь, чтобы онъ не принялъ ея словъ за наставленіе.
Обмѣнявшись вѣжливымъ "прощайте", они разстались и Виль быстро зашагалъ вдоль полей, не желая встрѣтиться съ коляской м-ра Казобона, которая, впрочемъ, подъѣхала къ дому не ранѣе, какъ въ четыре часа. Это былъ самый неудобный часъ: къ обѣду одѣваться еще рано, а прямо перейти отъ пустыхъ свѣтскихъ разговоровъ къ серьезнымъ кабинетнымъ занятіямъ -- трудно. Въ подобныхъ случаяхъ м-ръ Казобонъ садился обыкновенно въ покойное мягкое кресло въ библіотекѣ, и позволялъ Доротеѣ читать ему вслухъ лондонскія газеты, а самъ въ это время слушалъ ее съ закрытыми глазами. Но теперь онъ отказался отъ газетъ, говоря, что ему и безъ того сегодня надоѣли политикой; на вопросъ Доротеи -- не усталъ-ли онъ, м-ръ Казобонъ отвѣтилъ довольно весело, что нѣтъ; но затѣмъ вдругъ впалъ въ свой обычный офиціальный тонъ, неоставлявшій его даже тогда, когда онъ повязывалъ свой галстукъ и надѣвалъ жилетъ.
-- Я имѣлъ удовольствіе встрѣтить нынче моего стараго знакомаго, доктора Спаннинга, сказалъ онъ,-- и заслужилъ отъ него самую пріятную похвалу. Онъ чрезвычайно лестно отнесся о моемъ послѣднемъ трактатѣ о египетскихъ таинствахъ, и въ такихъ выраженіяхъ, которыя моя скромность не позволяетъ мнѣ повторить.
Проговоривъ эту фразу, м-ръ Казобонъ облокотился локтемъ на спинку кресла и сталъ значительно поматывать головой, какъ-бы повторяя про себя выслушанныя имъ похвалы.
-- Очень рада, что вамъ было весело, произнесла Доротея довольная тѣмъ, что мужъ вернулся неутомленнымъ.-- А я, по правдѣ сказать, жалѣла, что вы выѣхали сегодня изъ дому.
-- Это почему, душа моя? спросилъ м-ръ Казобонъ, откидываясь назадъ.
-- Потому-что здѣсь былъ Владиславъ; онъ сообщилъ мнѣ, что дядя сдѣлалъ ему одно предложеніе, и я очень-бы хотѣла знать ваше мнѣніе объ этомъ.
Доротея была убѣждена, что дѣло касается лично ея мужа; со всею своею неопытностію въ свѣтскихъ тонкостяхъ, она смутно понимала, что мѣсто, предложенное Вилю, не согласуется съ его фамильными отношеніями, и что въ настоящемъ случаѣ ему слѣдовало прежде обратиться къ м-ру Казобону за совѣтомъ. Но тотъ ничего не отвѣтилъ, а только поклонился.