-- Безъ сомнѣнія, хотя эта новая выдача заставитъ меня сократить мои расходы на пособіе вамъ.
Съ этими словами, онъ вышелъ. Рафль подмигнулъ ему вслѣдъ и на губахъ его появилась торжествующая улыбка.
-- Однако, чортъ побери, какъ-же, въ самомъ дѣлѣ, ея фамилія? воскликнулъ онъ черезъ нѣсколько минутъ, почесывая въ головѣ и поводя глазами.-- Она начиналась съ вл и, кажется, вся состояла изъ л, продолжалъ онъ, напрягая всѣ свои усилія, чтобы припомнить ускользнувшую изъ памяти фамилію. Но это занятіе скоро утомило его, и онъ предпочелъ пробавляться разговоромъ съ ключницей, отъ которой узналъ все, что ему нужно было относительно положенія, занимаемаго Бюльстродомъ въ Мидльмарчѣ.
Вскорѣ онъ почувствовалъ необходимость подкрѣпить свои силы хлѣбомъ съ сыромъ и элемъ, и только-что расположился въ залѣ за этой закуской, какъ вдругъ ударилъ себя по колѣну и воскликнулъ: "Владиславъ!" Фамилія, которую онъ не могъ припомнить, несмотря ни на какія усилія, вдругъ сама собою навернулась ему на память -- фактъ весьма обыкновенный, который, вѣроятно, каждому приходилось испытывать на себѣ. Рафль тотчасъ-же вынулъ записную книжку и вписалъ эту фамилію, не потому, чтобы она ему была на что-нибудь нужна, но чтобы не забыть опять, въ случаѣ, если она ему понадобится. Бюльстроду онъ рѣшился не говорить ее теперь, такъ какъ это не представляло ни малѣйшей выгоды, а имѣть лишній секретъ про запасъ никогда не мѣшало.
Онъ былъ доволенъ своимъ настоящимъ успѣхомъ и въ три часа взобрался въ дилижансъ съ своимъ чемоданомъ, избавивъ глаза м-ра Бюльстрода отъ безобразнаго чернаго пятна на ландшафтѣ Стон-Корта, но оставивъ его подъ гнетомъ страха, что это пятно можетъ снова появиться и сдѣлаться неразлучнымъ спутникомъ его домашняго очага.
КНИГА ШЕСТАЯ. Вдова и жена
ГЛАВА LIV
Въ то самое утро, когда м-ръ Рафль уѣхалъ изъ Стон-Корта, Доротея вернулась въ Ловикъ. Три мѣсяца прогостила она въ Фрешитѣ, но, наконецъ, ей надоѣло сидѣть по цѣлымъ часамъ надъ ребенкомъ Целіи и любоваться имъ; сидѣть-же въ одной съ нимъ комнатѣ и не обращать на него вниманія -- значило серьезно разсердить Целію.
Целія находила превосходнымъ, что у Доротеи нѣтъ своихъ дѣтей и что ея вдовство совпало съ рожденіемъ маленькаго Артура..
-- Додо такой человѣкъ, что не интересуется ничѣмъ своимъ, говорила Целія мужу.-- Да, наконецъ, если-бы у нея и родился ребенокъ, онъ не могъ-бы быть такимъ прелестнымъ, какъ Артуръ. Не могъ-бы, Джемсъ?