Лейдгатъ выигралъ уже на пари шестнадцать фунтовъ, но съ приходомъ Гоули счастье измѣнило ему. Гоули сталъ играть и держать пари противъ Лейдгата, спокойная увѣренность котораго превратилась вслѣдствіе этого въ страстное желаніе наказать противника за сомнѣніе въ его искуствѣ. Онъ продолжалъ держать пари на свою собственную игру, но сталъ проигрывать все чаще и чаще. Слѣдившій за нимъ Фрэдъ ломалъ себѣ голову, придумывая, какъ-бы отвлечь Лейдгата отъ игры. Онъ видѣлъ, что и другіе смотрятъ съ удивленіемъ на Лейдгата, и ему пришло въ голову, что, можетъ быть, достаточно будетъ отозвать его въ сторону, чтобы заставить придти въ себя. Но онъ не могъ придумать ничего умнѣе, кромѣ совершенно неправдоподобнаго предлога, что ему хочется повидаться съ Рози, и потому онъ желаетъ узнать, дома-ли она. Онъ уже подходилъ къ билльярду, чтобы пустить въ ходъ свою остроумную выдумку, какъ къ нему подошелъ слуга и сказалъ, что м-ръ Фэрбротеръ внизу и проситъ его выйти къ нему на минутку.
Фрэду стало нѣсколько неловко, но онъ послалъ сказать, что сейчасъ сойдетъ, а самъ подошелъ къ Лейдгату, озаренный новою блестящею мыслью.
-- Могу я васъ оторвать на минуту? спросилъ онъ, отводя его отъ билльярда.-- Фэрбротеръ сейчасъ прислалъ сказать мнѣ, что желаетъ поговорить со мной. Онъ внизу. Не нужно-ли вамъ съ нимъ повидаться?
Фрэдъ болталъ зря, потому что не могъ сказать прямо: "Вы проигрываетесь, какъ сумасшедшій, и обращаете на себя всеобщее вниманіе; убирайтесь-ка лучше домой."
Но если-бы онъ придумывалъ, то не могъ-бы придумать ничего лучшаго. Лейдгатъ не замѣчалъ его до сихъ поръ и внезапное появленіе его съ извѣстіемъ, что Фэрбротеръ здѣсь, подѣйствовало на него какъ электрическій ударъ.
-- Нѣтъ, отвѣчалъ онъ,-- я не имѣю никакого особеннаго дѣла до него. Но партія кончилась, мнѣ пора домой; я зашелъ сюда, чтобы повидаться съ Бэмбриджемъ.
-- Бэмбриджъ здѣсь, но онъ навеселѣ и едва-ли способенъ разсуждать о дѣлахъ. Сойдемте къ Фэрбротеру. Онъ, должно быть, хочетъ прочесть мнѣ маленькую нотацію, вы меня защитите, нашелся Фрэдъ.
Лейдгату было стыдно за самого себя, но онъ не хотѣлъ обнаружить этого отказомъ видѣться съ Фэрбротеромъ и пошелъ съ Фрэдомъ.
Фэрбротеръ встрѣтилъ ихъ молчаливымъ пожатіемъ руки и заговорилъ о погодѣ; когда они вышли втроемъ на улицу, викарію видимо хотѣлось поскорѣе распрощаться съ Лейдгатомъ, чтобы остаться наединѣ съ Фрэдомъ.
-- У меня есть дѣло къ вамъ, Фрэдъ, потому я и вызвалъ васъ. Не пройдетесь-ли вы со мной до ботольфской церкви?