-- Ну, что, больной спитъ? спросилъ онъ, стараясь говорить самымъ непринужденнымъ тономъ.
-- Очень крѣпко, сэръ. Онъ заснулъ часу въ четвертомъ. Не зайдете-ли вы взглянуть на него. Я оставила его пока одного, мужъ ушелъ въ поле, а дѣвочка одна на кухнѣ.
Бюльстродъ вошелъ къ больному. При первомъ взглядѣ на него, онъ увидалъ, что Рафль спитъ своимъ послѣднимъ сномъ. Онъ обвелъ глазами комнату и замѣтилъ бутылку, въ которой было только нѣсколько капель водки; тутъ-же стоялъ почти порожній пузырекъ съ опіумомъ. Онъ спряталъ пузырекъ, а бутылку снесъ обратно въ погребъ и отправился завтракать. Ему пришло было въ голову сейчасъ-же ѣхать въ Миддльмарчъ, но потомъ онъ рѣшилъ дождаться лучше Лейдгата, и отпустилъ ключницу на кухню, сказавъ, что самъ посидитъ у больного.
Увѣренность, что врагъ его спокойствія спитъ своимъ предсмертнымъ сномъ, доставляла ему сильное облегченіе.
Лейдгатъ пріѣхалъ въ исходѣ десятаго, въ то время, когда Рафль былъ уже при послѣднемъ издыханіи. При видѣ умирающаго, лицо его выразило не столько изумленіе, сколько сознаніе, что онъ ошибся въ своемъ приговорѣ. Онъ нѣсколько минутъ простоялъ молча, устремивъ глаза на умирающаго.
-- Когда началась эта перемѣна? спросилъ онъ наконецъ.
-- Я не сидѣлъ надъ нимъ сегодня ночью, отвѣчалъ Бюльстродъ.-- Я чувствовалъ себя слишкомъ утомленнымъ и оставилъ его на попеченіе м-съ Абэль. Она говоритъ, что онъ заснулъ въ четвертомъ часу. Когда я пришелъ сюда въ исходѣ восьмого, онъ былъ почти въ такомъ-же положеніи, какъ теперь.
Лейдгатъ не спросилъ ничего болѣе и продолжалъ молча стоять надъ умирающимъ. "Все кончено", произнесъ онъ наконецъ.
Лейдгатъ въ это утро чувствовалъ себя особенно бодро. Онъ принялся за работу съ прежнимъ одушевленіемъ и смотрѣлъ очень благодушно на темныя стороны своей семейной жизни, съ которыми теперь ему казалось не трудно помириться. Въ Бюльстродѣ онъ видѣлъ своего благодѣтеля. Но въ настоящую минуту ему сдѣлалось какъ-то не по себѣ. Онъ не ожидалъ такого исхода болѣзни, но не рѣшился разспрашивать долѣе Бюльстрода, чтобы не оскорбить его. Можно было, пожалуй, допросить ключницу. Но къ чему? Больной умеръ, было совершенно безполезно допытываться, не убило-ли больного невѣжество или неосторожность? Весьма возможно, что онъ самъ ошибся.
Бюльстродъ и Лейдгатъ вернулись вмѣстѣ въ Миддльмарчъ; по дорогѣ они разговаривали о холерѣ и о политикѣ; о Рафлѣ не было сказано ни одного слова, только Бюльстродъ упомянулъ вскользь, что нужно будетъ купить для него мѣсто на ловикскомъ кладбищѣ, что у бѣдняка не было никого близкихъ, кромѣ Ригга, да и съ тѣмъ онъ былъ въ дурныхъ отношеніяхъ.