-- Вы богаты, вы великодушны, вы можете много сдѣлать добра, но...
Онъ запнулся и сталъ смотрѣть въ окно. Доротея молчала, не спуская съ него глазъ.
-- Да что тутъ скрывать? воскликнулъ вдругъ Лейдгатъ, оборачиваясь въ ней.-- Вамъ лучше, чѣмъ кому-нибудь извѣстно, какъ тяжелы иногда бываютъ супружескія цѣпи! Вы понимаете, что я хочу сказать.
Сердце Доротеи сильно забилось. "Неужели и онъ несчастливъ?" подумала она, но не сказала ни слова.
-- Я не могу ни къ чему приступить, ничего сдѣлать, не принявъ прежде въ соображеніе, понравится-ли это моей женѣ. Занятія, которымъ я предавался съ любовію, когда былъ холостымъ, сдѣлались теперь для меня недоступными. Я не могу видѣть ея слезъ. Выходя за меня замужъ, она даже не понимала хорошо, что дѣлаетъ. Я думаю, что для нея было-бы гораздо лучше выйдти за другого.
-- Знаю все это, знаю! отвѣчала Доротея, живо представя себѣ свою собственную жизнь.-- Вы противъ воли дѣлаете ее несчастной.
-- Да. У нея засѣла, напримѣръ, теперь въ голову мысль уѣхать изъ Миддльмарча; она ни за что не хочетъ оставаться здѣсь. Ей надоѣли непріятности, переносимыя нами въ послѣднее время, сказалъ Лейдгатъ и вдругъ замолчалъ, боясь дальнѣйшихъ объясненій.
-- Но если она увидитъ, что вамъ полезно будетъ здѣсь остаться? возразила Доротея, взглянувъ вопросительно на Лейдгата.
-- Она этого никогда не увидитъ, отвѣтилъ онъ коротко.-- Да притомъ у меня и духу не достанетъ остаться въ Миддльмарчѣ.
Онъ опять замолчалъ; но, рѣшившись, наконецъ, сообщить Доротеѣ еще нѣсколько подробностей изъ своей домашней жизни, онъ прибавилъ: