-- Я увѣрена... по крайней мѣрѣ, я надѣюсь, что мое ожерелье не будетъ служить помѣхою моимъ молитвамъ, думала Целія.-- И я не вижу причинъ связывать себя мнѣніями Доротеи теперь, когда мы стали выѣзжать... хотя, конечно, ее они должны-бы связывать. Но она не всегда послѣдовательна.
Такъ раздумывала Целія, сидя надъ своею вышивкою по канвѣ, пока сестра не кликнула ее.
-- Целія! поди сюда и посмотри на мой планъ. Мнѣ кажется, что я великій архитекторъ, если я только не сочинила невозможныхъ лѣстницъ и печей.
Когда Целія нагнулась надъ бумагой, Доротея ласково прижалась щекою къ ея рукѣ. Целія поняла это движеніе. Доротея сознавала свою вину, и Целія простила ей. Съ тѣхъ поръ, какъ онѣ могли себя запомнить, въ отношеніяхъ Целіи къ старшей сестрѣ была всегда смѣсь благоговѣнія и критики. Младшая сестра постоянно несла ярмо; а существуетъ-ли подъяремное существо, которое-бы не имѣло своихъ личныхъ мнѣній?
ГЛАВА II
"Dime; no ves aquel eaballero que hàcia nosostros viene sobre on caballo rucio rodadoque trae ptiesto en la cabeza un yelmo de oro?" "Lo que veo y columbro, respondio Sancho,-- no es sino un hombre sobre un asno pardo como el mio, que trae sobre la cabeza una cosa que relombra". "Pens ese es el yelmo de Mambrino, dijo Don Quxote".
Cervantes .
"Видишь ты тамъ, невдалекѣ, рыцаря, приближающагося къ намъ на сѣро-пѣгомъ конѣ и въ золотомъ шлемѣ?" "Точно, я вижу, отвѣчалъ Санхо,-- но это человѣкъ, ѣдущій на сѣромъ ослѣ, похожемъ на моего, и на головѣ у котораго надѣто что-то свѣтящееся". "Именно такъ, сказалъ дон-Кихотъ,-- и этотъ блестящій предметъ есть шлемъ Мамбрина".
Сервантесъ.
-- Сэръ Гемфри Дэви? сказалъ мистеръ Брукъ послѣ супа съ своею легкою, улыбающеюся манерой въ отвѣтъ на замѣчаніе сэра Джема Читама о томъ, что онъ изучаетъ теперь. "Земледѣльческую химію" Дэви.-- Какъ-же, я хорошо знаю сэра Гемфри Дэви: я обѣдалъ съ нимъ, много лѣтъ тому назадъ, у Картрайта; и Водсвортъ былъ тоже тутъ... поэтъ Водсвортъ, вы, мѣрно, знаете его произведенія. И представьте, какая странность! Я былъ въ Кембриджѣ въ одно время съ Водсвортомъ и не встрѣчалъ его тамъ ни разу... а черезъ двадцать лѣтъ послѣ выхода изъ университета обѣдаю съ нимъ вмѣстѣ у Картрайта! Бываютъ странныя случайности. Такъ вотъ, и Дэви былъ тутъ: тоже поэтъ. И такъ, выходитъ, что Водсвортъ былъ одинъ поэтъ, а Дэви другой. Какъ хотите понимайте, а все вѣрно выйдетъ!