Не оскорбляй меня: последних лет,
Пройдя, в веках обиду я измерю.
Я промолчу. Я не скажу -- нет, нет.
Суров мой суд. Как мне сказать: "Не верю"?
Текут века в воздушной вышине.
Весы твоих судеб вознес, -- и верю.
Как пережить и как оплакать мне
Бесценных дней бесценную потерю?
В этой вещи удивительно сочетались форма изысканного и в то же самое время высоко-стильного, несколько старомодного романса со всей свойственной ему музыкальной убедительностью с задумчиво-рефлективным характером стансов несколько в духе Баратынского. Но особенно интересны здесь именно своеобразные и неуловимо ритмичные комбинации этих двух вообще далеких друг от друга форм.
Благодаря сознательно-разнообразному пользованию рефренами, здесь слово "верю" каждый раз звучит иначе.