По мере того, как пароход двигался вперед, река то расширялась, то снова суживалась. К югу лежали туманные холмы Диамантины и Панамы, вырисовываясь на лазури неба. Утесы из белой глины, песчаное прибрежье и скалы чередовались по обеим сторонам в то время, как пароход прокладывал себе путь по реке Тапайос к таинственным лесам, которые, казалось, собирались преградить дорогу смелым исследователям.
Они прошли широкую реку, вливавшую в Тапайос такие же желтые волны, как и в Амазонке. Эта река, известная под именем Фуро-де-Арапихуна (Furo-de-Araphuna), спускается с севера и представляет на самом деле рукав настоящей реки, простираясь между нею и Тапайос и принося с собой так много осадка, что из него образовалась уже порядочная насыпь, далеко вдающаяся в проток реки.
-- Мы будем плыть всю ночь? -- спросил Нед Ливингстон, направляясь в ту часть парохода, где Ардара и Джек Блокли курили трубки, точно два брата.
-- Нет, -- был ответ, -- капитан Спрогель мог бы безопасно плыть и ночью, так как река глубока и широка и останется такой еще на значительном протяжении, но, при самых лучших условиях, ночью представляется больше опасностей. Нам нечего торопиться. Пройдут, быть может, месяцы прежде, чем мы вернемся в пару, и нам выгоднее выбирать медленный, но верный путь.
Таким образом простая осторожность заставляла капитана Спрогеля не плыть в течение ночи, и если бы он поступал иначе, то его нельзя было бы оправдать.
-- Если хотите, -- сказал Ардара, -- то мы сойдем на берег и расположимся там на ночь лагерем, вместо того, чтобы оставаться на пароходе.
Мальчики были в восторге от этого предложения, так как, хотя у них было отличное помещение на пароходе, им нравилась всякая перемена, да и в перспективе провести ночь на берегу было слишком много романтической прелести. Виды, открывавшиеся в течение дня, представляли мало разнообразия. Леса по правую и левую сторону сменялись иногда лесистыми холмами, низинами и песчаными береговыми отмелями, но не было ничего, что бы поражало взор.
Капитан Спрогель направил пароход к берегу и бросил якорь, намереваясь остаться здесь до следующего утра. Было еще довольно раннее послеобеденное время, и вся компания наших путешественников выкупалась в прохладных водах Тапайос. При этом все весело дурачились и проделывали всевозможные штуки друг с другом. Матрос, родившийся в Патагонии, Ардара и Джек Блокли оказались лучшими знатоками по части плаванья, хотя Гарри Норвуд отличался особенной ловкостью, поворачиваясь с такой быстротой, что его не могли догнать. Затем, после раннего ужина, занялись устройством лагеря, который поспел еще до наступления сумерек. Мальчики и Ардара собирались спать на берегу, между тем, как Джек и остальные предпочитали свои удобные койки на пароходе.
-- Нам надо повесить свои гамаки между деревьями! -- сказал Ардара.
-- Зачем?