-- Фред верно слышал меня, -- таково было утешительное заключение Терри, который робко поглядывал в сторону, где исчез его друг, -- и я очень рад, потому что для этих субъектов хватит и одного дурака!
Виннебаго, вероятно, знали или подозревали, что у пленника был товарищ: об этом можно было судить по двум лошадям и по отпечатками, которые их зоркие глаза различили на земле. Но незнание английского языка не позволяло индейцам спросить у Терри, куда делся его товарищ -- вопрос, на который тот, конечно, никогда бы не ответил. Они даже и не выражали желания искать отсутствующего по неопределенным следам.
Они захватили одного -- хотя, быть может, и незначительного, из партии белых и были более, чем довольны тем, что могли взять его, как пленника, в лагерь виннебаго. Пусть другие сделают свое дело так же хорошо, и судьба бледнолицых скоро будет решена.
27. ТОВАРИЩИ ПО НЕСЧАСТЬЮ
Оба виннебаго действовали, как будто и не знали, что у пленника был товарищ, хотя, как уже сказано, они должны были это знать. Один из них указал на юг, по направлению к главному лагерю виннебаго, и показал, что пленник должен идти в ту сторону.
-- Я так и думал, -- пробормотал Терри, не зная, радоваться ему или нет. -- Они тащат меня, как сбежавшую свинью, прямо в свой лагерь, и мне довольно-таки стыдно вспоминать, как они меня сегодня надули.
В сущности, утешительного было мало в том факте, что он будет находиться недалеко от Оленьей Ноги, Линдена и Гардина, каждый из которых всегда имел заряженное ружье и всегда был готов к действию.
-- Если б они только это знали! -- подумал Терри, идя по дороге впереди всадников, которые следовали за ним индейской шеренгой. -- Вся беда в том, что никто из друзей не подозревает, как я был глуп, и никто не будет меня искать!
В этом-то и было все затруднение. Так как мальчики получили строгое приказание спешить домой верхом и не терять времени по дороге, Оленья Нога и другие, наверное, были в полной уверенности, что они ничего о них не услышат и не узнают до прибытия в Гревилль.
Так размышлял Терри, пока он направлялся к югу, к хижине в горах. Индейцы заставляли его идти бодрым, но не чересчур скорым шагом, благодаря чему у него было много времени для размышлений.