Люди не повѣрили въ свое родство человѣческое и убили его. Убили его люди, любви человѣческой не вѣдавшіе, свѣта не видѣвшіе, во тьмѣ ходившіе.
И остались ученики его, двѣнадцать агнцевъ безъ пастыря, двѣнадцать сиротъ безъ матери, двѣнадцать учениковъ безъ учителя, и собрались они въ томъ покоѣ, гдѣ учитель дѣлилъ съ ними послѣднюю трапезу, давалъ имъ послѣдній завѣтъ, прощался послѣднимъ цѣлованіемъ. Были смутны мысли учениковъ безъ учителя, были смятены сердца агнцевъ безъ пастыря, и гора Голгофа темно смотрѣла въ окно, и блѣдный двурогій мѣсяцъ вставалъ надъ крестами. И были они только рыбари, только мытари, и Іаковъ братъ Господенъ, былъ безъ Господа. Сказалъ Іаковъ: "На крестѣ распятъ Господь, брать мой"; шептали, уста Петра: "Они узнали меня"; говорили немощные, смятенные: "мы рыбари, мы мытари -- какъ учить будемъ?" -- и молчалъ Іоаннъ, который возлежалъ на груди учителя.
Какъ тогда, черная туча ползла надъ Голгофой и тряслась земля, и молніи, какъ змѣи, вились надъ крестами. И мракъ окуталъ землю, и мысли учениковъ были темны и были смятенны сердца ихъ.
И внезанно сдѣлался шумъ съ неба, какъ бы отъ несущагося сильнаго вѣтра, и спустились съ неба огненные языки и почили на главахъ учениковъ. И исполнились всѣ Святаго Духа, небеснымъ свѣтомъ освѣтились мысли ихъ, пламенемъ зажглась сердца ихъ, и поднялись они -- свѣтлые. ликующіе, могучіе. Сказалъ Іоаннъ, который возлежалъ на груди учителя: "Въ началѣ было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Богъ". И еще сказалъ Іоаннъ: "Свѣтъ во тьмѣ свѣтитъ и тьма не объяла его". Заговорилъ Іаковъ и Петръ, и мытари и рыбари заговорили на разныхъ языкахъ слова, которыя понимали Нарояне и Мидяне, и Еламитъ и жители Мессопотаміи, Іудеи и Кападокіи, Понта и Асіи. Поднялись они, могучіе, ликующіе, и взяли свои посохи и понесли завѣтъ любви учителя. Слово связующее и души, священнымъ пламенемъ объятыя, міру широкому чрезъ пустыни и горы, моря и рѣки,-- бѣлымъ, чернымъ, желтымъ людямъ. Не было у нихъ запасовъ пищи и одеждъ многихъ, не было лука и стрѣлъ, мечей и щитовъ, было только слово великое, слово связующее,-- и преклонили предъ ними головы люди, мечами опоясанные, и раскрыли предъ ними сердца своя и двери домовъ своихъ.
III.
Чреда вѣковъ прошла надъ землей. Все также встаетъ солнце съ востока и идетъ къ западу; какъ прежде, рождаются люди и умираютъ, и границы раздѣляютъ народы, и люди, опоясанные мечами, стерегутъ границы. Временами черныя тучи мракомъ окутываютъ землю и встаютъ новыя Голгофы и новые кресты. Но все громче звучитъ слово связующее, слово великое. Въ пламени сердецъ людскихъ оно рождается, пламенемъ зажигаетъ сердца людей. И нѣтъ смерти слову безсмертному, нѣтъ границъ слову безграничному, не пронзитъ его мечъ, не разорветъ его коршунъ. Чрезъ моря безбрежныя, черезъ горы высокія, снѣгами покрытыя, чрезъ лѣса дремучіе, непроходные, чрезъ пустыни мертвыя, солнцемъ сожженныя, носится по свѣту вѣчно немолчное, какъ вѣтеръ вольное, ширококрылое, молніями блещущее, громами гремящее слово связующее, слово безсмертное.
И все больше покоряетъ міръ, звенящій оружіемъ, слово безоружное, все крѣпнеть вѣра людей въ свое родство человѣческое, въ братство кровное. Выше и выше воздвигается будущій домъ человѣчества, башня великая, со всѣхъ концовъ земли всѣмъ живущимъ людямъ видная, башня связанная, крѣпами скрѣпленная.
В защиту слова: Сборник. -- 4-е изд. без перемен. -- СПб. : Тип. Н.Н. Клобукова, 1906.