И вдруг он вспомнил лесовицу, которая плясала прошлым летом у ручья в глухом лесу. Это наверняка была та самая девочка! Он подошел к Малин, желая потолковать с нею, но она так низко наклонила голову, что он не мог видеть ее лица. И что бы он ни говорил, кроме "да" и "нет" ничего добиться от нее он не мог.
Наконец господа собрались домой, и хозяйка, прощаясь с торпарем, обронила несколько добрых слов о том, какие чудесные он выращивает цветы.
- Это все заслуга моей девочки, - сказал осчастливленный торпарь. - У нее такая легкая рука! Стоит ей сунуть щепку в землю, как тотчас же вырастает цветок. Ну чистое колдовство, да и только!
Малин не на шутку испугалась, услышав слова отца. А что, если госпожа и ее сын и вправду подумают, что я умею колдовать, - подумала она. Ведь молодой господин так чудно глядел на нее, да и он видел ее цветочки в волосах. А вдруг он расскажет об этом своей матушке! А вдруг они поймут, что это она, Малин, плясала тогда у ручья в лесу! Тогда сочтут, что она и есть та самая лесовица и, может, прогонят ее с отцовского торпа.
Малин так опечалилась, что даже чуточку всплакнула. Но тут, сияя от радости, появился отец и рассказал, что хозяйка обещала помочь ему раздобыть стекло для теплиц. Слезы мигом высохли на глазах Малин - она тоже обрадовалась.
А Сикстен не мог забыть красивую девочку с цветами в волосах и с этого дня зачастил на торп, придумывая себе там разные дела, только чтобы увидеть ее. Но это ему удавалось редко, потому что Малин, едва услышав, что он идет, тотчас же пряталась.
Тогда Сикстен уговорил матушку взять дочь торпаря на службу в господскую усадьбу. Однако же когда госпожа предложила это торпарю, он ответил, что без Малин ему не справиться. Ведь все цветы на торпе растут только благодаря ей.
"Неужто мне не перемолвиться с девушкой хоть словечком", - подумал Сикстен. И, встретив однажды на дороге неподалеку от торпа точильщика ножей, он обменялся с ним платьем и хорошенько заплатил ему за то, что тот на минутку одолжил ему точильный камень.
Когда он явился на торп, Малин вместе с младшими братьями и сестрами собирала яблоки со старой мшистой яблони, на дворе у дома. Солнце освещало цветочки в ее волосах, и Сикстен думал, что прекрасней этой картины он ничего не видел.
- Не нужно ли вам что-нибудь наточить? - спросил он.