-- Как оказалось, не совсем правильно, потому что Рафаэль прикончил его!
-- Так-так, -- сказал судья. -- Но будьте спокойны, друзья. Закон отомстит за его смерть.
Присутствующие с известным недоверием отнеслись к такому заявлению судьи, и некоторые из них насмешливо ухмыльнулись.
Нисколько не заботясь о впечатлении, которое могли произвести его слова, дон Иниго велел альгвасилам, которые уже успели обшарить карманы мертвеца, отнести его на паперть ближайшей церкви, и вернулся домой, радостно потирая руки.
Потом он надел дорожный костюм, засунул за пояс пару пистолетов, привесил шпагу и, наскоро пообедав, вышел из дому.
Десять вооруженных альгвасилов ждали его около двери, а слуга держал под уздцы великолепную вороную лошадь, которая нетерпеливо переступала с ноги на ногу и грызла уздечку. Дон Иниго вскочил на нее и легкой рысью поехал по городу, в сопровождении своего отряда.
-- Смотрите-ка, смотрите! -- говорили друг другу прохожие. -- Судья едет к дону Рамону Гарильясу. Завтра, наверное, узнаем что-нибудь новенькое.
-- Да, плохо придется его сынку, -- отвечали другие. -- Его, по всей вероятности, повесят.
-- И очень жаль, -- сказал кто-то. -- Черт возьми! Из этого мальчишки вышел бы толк. Какой великолепный удар нанес!
Между тем судья продолжал свой путь, вежливо отвечая на все поклоны, и скоро выехал за пределы города.