Все спало в деревне, только из решетчатых окон гостиницы Французского Двора струились широкие полосы света, показывавшие, что там, по крайней мере, не спали.
Однако путешественников в гостинице не оказалось. Всем приезжавшим днем и с наступлением ночи было отказано трактирщиком, толстяком с круглым умным лицом и лукавой улыбкой, который ходил в эту минуту с озабоченным видом по своей огромной кухне, бросая иногда рассеянные взгляды на приготовления к ужину, которым занимались главный повар и его помощники.
Пожилая женщина, низенькая и кругленькая, вдруг вбежала на кухню и резко спросила трактирщика:
-- Правда ли, мэтр Пильвоа, что вы приказали приготовить комнату с балдахином, как уверяет Мариетта?
-- Что вам сказала Мариетта? -- спросил трактирщик строгим голосом.
-- Она велела мне приготовить лучшую комнату.
-- И какая же комната лучшая, мадам Тифена?
-- Комната под балдахином, потому что в ней ее величество...
-- Раз так, приготовьте комнату под балдахином, -- перебил трактирщик.
-- Однако, -- осмелилась возразить мадам Тифена, которая пользовалась некоторой властью в доме -- во-первых, как законная жена трактирщика, и, во-вторых, по милости некоторых довольно резких черт своего характера, -- мне кажется, при всем моем к вам уважении...