-- Надеюсь, что его не постигло такое несчастье.
-- Я тоже надеюсь... За несколько минут до выступления в поход отец Антонио, по-видимому, сильно заинтересованный в судьбе этого раненого кабальеро, не желая оставлять его одиноким и беспомощным во власти мексиканцев в том случае, если повстанческая армия потерпит поражение, поручил мне отвезти его к вам, уверенный в том, что вы заботливо отнесетесь к его другу и примете его хорошо во имя старой вашей приязни к нему самому.
-- Он был прав, рассчитывая на меня. Я не обману его доверия. Кабальеро! -- добавил он, обратившись к старику, который во время этого разговора оставался холоден и непроницаем. -- Вы теперь знаете нас, вы знаете, что мы степные разбойники. Мы предлагаем вам гостеприимство прерий, гостеприимство чистосердечное, неограниченное. Мы предлагаем его вам, не спрашивая, кто вы и что делали до того времени, когда ступили на нашу территорию.
-- А что вы потребуете за это? -- спросил старик, холодно поклонившись главарю шайки.
-- Ничего, сеньор -- ответил тот. -- Мы ничего у вас не спросим, даже вашего имени! Мы изгнанники и беглецы, а все беглецы, каковы бы ни были причины, которые привели их сюда, имеют право сесть у нашего очага. А теперь, -- добавил Сандоваль, взяв бутылку и наливая вино в стакан, -- выпьем за ваше счастливое прибытие к нам, сеньор! Не откажите!
-- Одну минуту, кабальеро! Прежде чем ответить на ваш тост, я, если позволите, скажу несколько слов.
-- Мы слушаем вас, сеньор.
Старик поднялся во весь свой богатырский рост и обвел присутствующих настороженным, пристальным взглядом. Глубокое молчание царило в зале. Всеми присутствующими овладела необъяснимая тревога, все ждали.
Наконец Охотник За Скальпами заговорил, и лицо его, до тех пор холодное и строгое, смягчилось, чего никто не мог ожидать от этого человека.
-- Сеньоры кабальеро, -- сказал он, -- ваша откровенность заставляет и меня быть откровенным, ваше великодушие, ваш великолепный прием вынуждают меня сказать вам, кто я. Когда приходишь с просьбой о покровительстве к таким людям, как вы, не следует ничего скрывать. Да, я -- беглец! Да, я -- изгнанник. Но то и другое случилось со мной по моей собственной воле. Я завтра же, если этого захочу, могу возвратиться в то общество, которое никогда меня не изгоняло из своей среды. И это не иллюзия, не преувеличение с моей стороны. Я остаюсь в прерии, чтобы выполнить задачу, которую поставил перед собой. Я хочу отомстить, отомстить беспощадно, и ничто, даже смерть последнего из моих врагов не может утолить во мне жажду мести. Это безумное сновидение, страшный кошмар, но я не устану искать удовлетворения до последней минуты моей жизни. Я буду умирать с великим сожалением о том, что недостаточно отомстил. Вот цель моей жизни, вот причина того, что я покинул жизнь людей цивилизованных, чтобы начать существование, которое является уделом диких зверей. Месть! Теперь вы знаете, что движет мной. Когда я скажу вам свое имя, вы узнаете меня вполне.