Молодой человек покачал головой.
-- Нет, нет, -- сказал он, -- не бойтесь никого, Дэвис, старый дружище. Никто нас не подслушает.
-- Тогда читайте скорее письмо, я хочу узнать его содержание.
Несмотря на то, что предрассветные сумерки перекрасили горизонт всеми цветами радуги, свет был не настолько силен, чтобы можно было читать без дополнительного освещения. Ланси схватил светильник, у которого фитиль обуглился и не давал большого света, снял с него пальцами нагар и поднял на высоту лица Ягуара.
Последний после минутного колебания вынул из бокового кармана своей замшевой куртки грязную смятую бумагу, развернул ее и прочел:
Командиру техасских вольных стрелков, прозванному Ягуаром.
Если вы и в самом деле питаете ко мне то сочувствие, которое так часто хотели доказать, спасите меня, спасите дочь вашего друга! Выйдя из Гальвестона на поиски моего отца, я попала в руки своего самого жестокого врага. Единственная моя надежда заключается в двух людях: в вас и полковнике Мелендесе. Мой отец слишком далеко, чтобы я могла надеяться на незамедлительную помощь с его стороны. Да к тому же его жизнь для меня слишком дорога, чтобы я согласилась рисковать ей, несмотря на все, что может произойти. Я надеюсь на вас, как на Бога! Неужели вы обманете мои надежды?
Несчастная Кармела.
-- Гм! -- прошептал американец. -- Это все?
-- Нет, -- ответил молодой человек, -- есть еще другое письмо, приложенное к первому.