-- Вы сознаете это? Будьте же милосердны до конца, дайте мне возможность защититься.
-- Я не предвидел этого, -- ответил охотник, качая головой.
-- Это значит, что если бы вы предвидели, то оставили бы меня умирать?
-- Может быть!
Ответ этот, как молотом, ударил по сердцу дона Эстебана; он устремил зловещий взгляд на охотника.
-- Вы говорите недоброе дело, -- заметил он.
-- Что же я могу вам ответить? -- возразил охотник. -- По моему мнению вы были приговорены справедливо. Я должен был бы дать исполниться правосудию, но я не дал -- и, может быть, был не прав. Теперь, хладнокровно обдумывая этот вопрос, сознавая, что вы справедливо требуете оружия, что вы непременно должны его иметь -- и для вашей личной безопасности, и для вашего пропитания, -- я боюсь дать вам его.
Во время этого ответа дон Эстебан поднялся, сел возле охотника и стал играть своим разряженным пистолетом, делая вид, будто слушает его очень внимательно.
-- Почему так? -- спросил он.
-- Да по очень простой причине: я знаю вас очень давно, вам известно это, дон Эстебан, знаю, что вы не такой человек, который забыл бы обиду. Я убежден, что если я вооружу вас, вы будете думать только о мщении, а вот этого-то я и хочу избежать.