Так как преследователям теперь не было нужды спешить, то они, переждав жгучую жару, пустились в дорогу, когда солнце стало закатываться. Шли они очень долго; непроницаемая чаща преграждала им путь, поэтому нередко приходилось пробивать дорогу топором.
Наконец после очень утомительной четырехдневной ходьбы они заметили, что деревья стали редеть, и между ними увидели открытый чистый горизонт.
К вечеру пятого дня, в ту минуту, когда они готовились расположиться лагерем на ночь на обширной луговине, неподалеку от ручья, Верный Прицел, шедший во главе преследователей, вдруг остановился и наклонился к земле, выражая величайшее удивление.
-- Что там такое? -- спросил его дон Мариано. Верный Прицел не ответил ему; повернувшись к индейскому вождю, он проговорил с заметным беспокойством:
-- Поглядите сами, вождь, мне кажется это непонятным.
Летучий Орел припал к земле и в свою очередь внимательно всмотрелся в следы, сильно обеспокоившие старого охотника.
-- Недавно здесь проехал отряд всадников, -- сказал наконец вождь, поднимаясь с земли.
-- Я вижу это, -- нетерпеливо ответил охотник, -- но какие это всадники? Откуда они? Вот что хотел бы я знать.
-- Здесь проехали бледнолицые, -- сказал индеец.
-- Как! Бледнолицые?! -- воскликнул Верный Прицел с плохо скрываемым волнением. -- Но это невозможно! Вспомните, где мы находимся; ни один белый никогда не смел проникнуть в эти края.