Дикая Роза отошла в чащу кустов, чтобы не присутствовать при переодевании охотника.
Между тем вождь сорвал несколько плодов одного из растений, в изобилии растущих в лесу, надавил немного сока и вымазал им все лицо и тело Верного Прицела. Потом индеец, как умел, нарисовал у него на груди священную черепаху, окруженную фантастическими украшениями, не имевшими в себе ничего воинственного, и изобразил их также на лице охотника. Волосы его он собрал на макушке в пучок и спереди вколол в них перо попугая.
Окончив эти приготовления, Летучий Орел спросил европейцев, как они находят своего товарища.
-- Ей-Богу, -- наивно ответил Вольная Пуля, -- если бы я не присутствовал при этом превращении, то никогда бы его не узнал... По этому поводу я припоминаю одно странное происшествие, случившееся со мной в тысяча восемьсот тридцать шестом году. Представьте себе...
-- А вы что скажете? -- бесцеремонно перебил охотника индеец, обратившись к дону Лео.
Тот без смеха не мог взглянуть на Верного Прицела.
-- Я нахожу его просто ужасным, -- сказал молодой человек, -- он до такой степени похож на краснокожего, что, я уверен, он может смело рискнуть.
-- О-о-а! Индейцы очень хитры, -- проговорил вождь, -- если же брат мой проникнется духом лица, которое он должен представить, то бояться ему нечего.
-- Но я еще не знаю, какое лицо назначено мне изображать!
-- Брат мой сделался теперь великим исцелителем.