-- Сначала подкрепимся, -- уклончиво ответил Тигреро, жестом указывая на молодую девушку. Асиендадо понял этот жест.
Ужин был краток, так как все были заняты и утомлены долгим путешествием. Кроме упомянутой задней части лани, имевшей весьма аппетитный вид, он состоял из мексиканского блюда каинк, маисовых лепешек и водяных курочек, обильно приправленных красным перцем.
Донья Анита, запив ужин водой с несколькими ложками тамариндового варенья, встала, слегка поклонилась отцу и дону Марсиалю и прошла в небольшую смежную комнату, где для нее была приготовлена довольно жесткая постель из звериных шкур. Вход в комнату она завесила тяжелой попоной, которая висела на гвоздях, вбитых в стену.
-- Ну, а вы, -- обратился Тигреро к пеонам, -- смотрите, держите ухо востро, если хотите, чтобы на ваших головах уцелели скальпы. Предупреждаю, что мы находимся на вражеской территории, и если вы заснете, то дорого заплатите за это.
Пеоны заверили Тигреро, что удвоят бдительность, и вышли, чтобы исполнить полученное приказание.
Дон Сильва и дон Марсиаль остались одни.
-- Ну что? -- вновь обратился к Тигреро с тем же вопросом дон Сильва. -- Узнали вы что-нибудь?
-- Все, что можно было узнать, -- сухо ответил дон Марсиаль. -- Если бы было иначе, то я был бы плохим охотником, и ягуары уже давно с удовольствием полакомились бы мною.
-- Благоприятны ли для нас те сведения, которые вам удалось собрать?
-- Это как смотреть на дело. Французы были здесь и стояли в течение нескольких дней. За это время им пришлось выдержать нападение апачей, которых они отбросили. Затем, что весьма вероятно, хотя я и не берусь утверждать этого, так как не могу определить причины, солдаты отряда взбунтовались, и тот несчастный, которого мы видели повешенным на дереве, погиб для усмирения остальных, став добычей для стервятников.