-- В этом нет ничего необыкновенного, господин граф.
-- Почему?
-- Да просто потому, что, сделавшись колонистом, он, как и множество других людей, переменил имя, -- отвечал канадец с некоторым колебанием в голосе.
-- Зачем?
-- Ах! Господин граф, все это такие вещи, которые с первого взгляда кажутся непонятными европейцу... Но, видите ли, когда пройдет несколько времени после того как покинешь Старый Свет для Нового, город для леса, когда поймешь, что настоящее счастье возможно только в глубине лесов, тогда явится желание отрясти прах с ног и сделать это так, чтобы на тебе не осталось ни одной городской пылинки. Ну, а когда начинают жизнь снова, само собою разумеется, меняют имя и чувствуют себя отлично.
-- Да, -- пробормотал молодой человек. -- Может быть, оно и так, а может быть, и нет. Но мне все-таки хотелось бы узнать, какая судьба постигла нашего родственника.
-- Может быть, вы это узнаете когда-нибудь.
-- Ты думаешь?
-- А почему бы и нет! -- повторил охотник с видимым волнением.
Нет сомнения, что, если бы канадец мог дать разговору другое направление, капитану де Жюмонвилю не удалось бы вытянуть из него ни одного слова больше; но охотник слишком почтительно относился к своему начальнику и, конечно, не считал себя вправе перебить его.