Когда я пришла на место свиданья, пробило одиннадцать часов. В ту же минуту послышался легкий шум, и дверь, пробитая в стене парка, полуоткрылась.
Показался какой-то человек. Это был Арман. Он бросился передо мной на колени.
-- Наконец-то, я вижу вас, Леона! -- прерывающимся от волнения голосом сказал он. -- Благодарю вас за то, что пришли и спасли меня от отчаяния!
-- Увы! -- отвечала я, -- я поступила нехорошо, согласившись на это свиданье, которое только усилит наши страдания. Или вы не знаете, что через два дня я буду женой ненавистного мне человека?
-- Да, это правда! -- проговорил он мрачным голосом, вставая с колен. -- О! Да будет проклят отец, решившийся отдать вас этому человеку!
-- Арман, -- сказала ему я, -- нам суждено страдать.
-- А между тем, -- прошептал он через минуту, -- если бы вы любили меня так, как я вас люблю, Леона, может быть, для нас еще не все было бы потеряно?
-- О! Неужели вы сомневаетесь в моей любви?
-- Нет, Леона, я не сомневаюсь в вашей любви; я боюсь, что у вас не хватит мужества, не хватит энергии.
-- Говорите, что нужно сделать?