-- Кажется, идет мне подмога, -- сказал комендант, взводя курок пистолета.
-- Да, -- холодно ответил дон Торрибио, -- но она опоздает.
По его приказанию вакеро бросились к коменданту, который успел выстрелить из пистолета и уложить двоих из них.
В темноте завязалась жестокая схватка. Сознавая, что у него нет шансов на спасение, дон Хосе проявлял чудеса храбрости. Отчаянно бросая лошадь то вправо, то влево, он ловко отражал нацеленные на него удары, рубил саблей вакеро, обступивших его плотным кольцом.
Между тем топот приближавшейся конницы был теперь подобен грому. Дон Торрибио опасался, что его жертва может ускользнуть из рук, и выстрелил в голову лошади коменданта. Дон Хосе упал на землю, но быстро вскочил на ноги и бросился на предателя с саблей, но тот отразил удар, тогда полковник, отпрянув назад, приставил к своему виску пистолет.
-- Такие, как я, не сдаются, -- сказал он и выстрелил. В ту же минуту зазвучали выстрелы, и отряд во главе с майором Барнумом и Жетеваном, словно вихрь, обрушился на вакеро.
Борьба продолжалась не долго. По знаку дона Торрибио вакеро повернули лошадей и кинулись врассыпную, оставив семь или восемь трупов товарищей.
-- Какая жалость... -- прошептал майор Барнум.
-- Мы опоздали, -- печально отозвался дон Эстебан. -- Дон Хосе предпочел умереть, нежели сдаться в плен.
-- Да, это был храбрый солдат. Но как догнать теперь этих демонов?